- Нет, - снова ответил Титов, переняв инициативу у Сони, - слишком большая проходимость и есть шанс проморгать каких-то общих знакомых, или коллег вашего мужа. Мой брат подготовит и отправит вам список городов, где вам будет проще не привлекать к себе внимание и отслеживать, если в вашем окружении появится новый человек, который может быть опасен. К сожалению, мы не сможем контролировать и опекать вас, но организуем побег и деньги на первое время.
- У меня есть украшения, - прошептала я. О собственных сбережениях решила молчать, на всякий случай. Все происходящее все еще казалось мне бредом. - Я взяла с собой небольшую шкатулку, там браслет, два кольца и… ожерелье с рубинами.
На последнем слове я с отвращением скривилась, вспоминая обстоятельства, при которых получила ту побрякушку. Красные камни до сих пор напоминали мне следы запекшейся крови на моей груди. Никогда после я не надевала это убожество.
- Отлично, - кивнул Титов, - но не вздумайте заложить их в ломбард. По украшениям можно выйти на ваш след. В крайнем случае, найдите возможность переплавить и сдать как лом, денег получите меньше, зато останетесь в безопасности.
- Он все равно будет меня искать, - я знала это, как то, что солнце встает по утрам или то, что все знакомые, включая отца никогда не простят меня за эту выходку и откажутся на всю жизнь.
- Не будет.
- Максим, вы не понимаете, - я нервно заломила пальцы. Руки дрожали от напряжения и отсутствия сна.
- Лилия, это вы не понимаете. У вашего супруга будут другие заботы, я вам обещаю. Ваша задача, не подвести Давида, у него больше нет защитников кроме вас. Завтра мы организуем вам возможность сбежать, вы просто возьмите с собой те украшения и… какие-то лекарства,если вы принимаете рецептурные препараты, в ближайшее время у вас вряд ли получится выписать новый рецепт.
- Ничего не принимаю.
- Отлично. Тогда просто дождитесь завтра. Не паникуйте, ведите себя как обычно, но главное оставайтесь спокойной и верьте нам.
Соня сделала шаг вперед и встала рядом с мужем, точнее бывшим мужем. Вместе они смотрелись очень органично, как два фрагмента пазла, как камень и оправа. Грубость черт Макса перекрывала невероятная нежность в голосе и линиях Софии. Я смотрела на них и… завидовала.
Потому что у меня так никогда не будет.
После того что я пережила, я не смогу довериться мужчине, я не смогу завести отношения, я не смогу любить. как правильно сказали, единственное, о чем мне нужно думать - мой сын.
И сделать все, чтобы мы с ним обрели свободу.
В назначенный день охранники Исмаилова отвезли нас с Давидом в игровую комнату, которая находилась в небольшом ТЦ. Они не стали заходить за ограждения, разместились перед прозрачной сеткой и не спускали глаз с нас троих - Меня, Давида и Наташи, которую муж выписал к нам из Москвы, так как утверждал, что я сама не справляюсь с ребенком.
Давид скучал. Здесь не было игры или занятий для мальчика семи лет. Островок с детской кухней его не привлекал, горки тоже, а бассейн с шариками был сильно меньше, чем тот, что стоял у нас дома.
Сын жался к моей ноге, то ли от страха, то ли от неловкости.
И это было хорошо, потому что в момент, когда из игровой комнаты с лазертагом повалил дым, а с потолка хлынула вода, я не тратила время, чтобы найти Даву.
Схватила его за толстовку и крепко-крепко сжала пальцы.
Поначалу люди не понимали, что происходит. Они лениво собрались возле входа в детскую зону, и тем самым помешали нашей охране зайти внутрь. Два неповоротливых бугая забуксовали в толпе. Я знала, что это займет их ненадолго. Еще минута, максимум две и они выведут нас с Наташей из зала.
Как вдруг прямо над нашей головой раздался надсадный женский крик:
- Пожар! Гориииим! Горииииим!
Я не знаю, что сработало больше, эта истерика или датчики дыма, которые начали пищать сразу после воплей бедной женщины.
Люди неконтролируемой массой хлынули по коридору, снося собой всех, кто был у них на пути.
Давид еще сильнее обнял меня, никогда раньше он не видел подобного. Я схватилась за его ледяную ручку и потянула на себя:
- Все будет хорошо, малыш, ты мне веришь?
И в этот момент кто-то с силой дернул меня за плечо. Обернувшись, я увидела совершенно незнакомого мужчину, который угрожающе навис надо мной с сыном. Господи, кто это…
- Лилия, меня прислали, чтобы помочь вам, пойдемте, - произнес тот.
Я повернулась в сторону выхода, давка и напор посетителей там усилился, но уже слышались крики одного из охранников, который звал меня по имени. Еще чуть-чуть и нас найдут.
- Лилия, пожалуйста, - с нажимом повторил неизвестный, - доверьтесь мне.
Пальцы Давида дрожали, но я только крепче обхватила его крохотную ладонь, чтобы дать своему мальчику немного силы. Конечно… Это шанс, и второго такого уже не будет.
Обернувшись, я увидела белое, испуганное лицо Наташи, которая смотрела прямо на меня. В глазах моей помощницы сверкали слезы. Не знаю, поняла ли она, что происходит и думала ли о том, что будет потом с ней, но я увидела, как бедная женщина крестит рукой воздух, а губы ее отчетливо прошептали:
“Спаси и сохрани. Бегите, Лиля”.
