– Лили, могла бы и подождать бабушку.
– А зачем? Ты же не старуха какая-то.
Мы с Камиллой переглянулись, и я, поддавшись внезапному порыву, поцеловала ее в щеку. От нее пахло как в дорогом универмаге, а волосы были безупречно уложены.
– Очень мило с вашей стороны, что вы пришли.
– Ой, ты даже ухаживала за моими растениями! – Лили все тщательно проинспектировала. – А я-то думала, что ты их угробила. Ой, смотри! Мне нравится. Это новые? – Она показала на два горшка, купленные мной накануне на цветочном базаре, чтобы украсить крышу в честь праздника. Я не хотела покупать срезанные цветы: они напоминали о смерти.
– Это герань, – сказала Камилла. – На зиму ее следует убирать с крыши.
– Она может накрыть их спанбондом. Эти горшки из необожженной глины слишком тяжелые, чтобы тащить их вниз.
– Нет, так они все равно не выживут, – объяснила Камилла. – Слишком открытое место.
– Честно говоря, – вмешалась я в разговор, – здесь скоро будет жить Том. И мы не уверены, что его безопасно пускать на крышу, особенно учитывая то, что произошло со мной. Поэтому мы решили закрыть пожарный выход. Если хотите, можете потом забрать цветы…
– Нет, – после секундного размышления заявила Лили. – Оставим все так. Мне будет приятно вспоминать о том, как тут все было.
Она помогла мне установить стол, а попутно немного рассказала о школе – все отлично, но приходится напрягаться – и о своей маме, которая, похоже, строит глазки испанскому архитектору по имени Фелипе, купившему в Сент-Джонс-Вуд дом по соседству.
– Мне даже немного жалко этого Тупого Урода Фрэнсиса. Он даже не подозревает, какая его ждет засада.
– А ты сама-то в порядке? – спросила я.
– У меня все о’кей. Жизнь прекрасна. – Лили сунула в рот чипсы. – Бабуля все же заставила меня посмотреть на этого ребеночка. Я разве тебе не говорила? – Заметив мой изумленный взгляд, Лили продолжила: – Знаю. Но она сказала, что кто-то из нас все-таки должен вести себя как взрослый человек. И поехала со мной. Повела себя реально круто. Я, конечно, не должна была этого знать, но она по этому случаю даже купила себе шикарный шерстяной жакет. Похоже, для поездки к дедушке ей потребовалась тяжелая артиллерия. – Лили покосилась на Камиллу, которая болтала с Сэмом возле накрытого стола. – Если честно, мне вроде как стало жаль дедушку. Когда он думал, что никто его не видит, он постоянно смотрел на нее, и глаза у него были такие грустные. Похоже, он страшно переживает, что все так обернулась.
– Ну и как все прошло?
– Ну, младенец как младенец. Я имею в виду, что они все на одно лицо, разве нет? Хотя должна сказать, все было чинно-благородно. Типа «Как дела в школе, Лили? Может, назначишь день и приедешь к нам погостить? А ты, случайно, не хочешь подержать на руках свою тетю?» Хотя, если вдуматься, это вообще звучит дико.
– А ты собираешься их еще раз навестить?
– Возможно. Они вроде нормальные. – (Я бросила взгляд на Джорджину, которая вполне любезно разговаривала со своим отцом. Тот смеялся, возможно, чуть-чуть громче, чем следовало бы. Да и вообще, с момента появления здесь Джорджины он буквально не отходил от нее ни на шаг.) – Он звонит мне дважды в неделю поговорить о моих делах, а Делла постоянно капает мне на мозги насчет того, что «она хочет, чтобы у меня с ее доченькой выстроились нормальные взаимоотношения», как будто младенец на что-то способен, кроме как есть, плакать и пачкать пеленки.
Я рассмеялась.
– Ну а что такого? – удивилась Лили.
– Да нет, ничего, – ответила я. – Просто ужасно приятно тебя снова видеть.
– Ой! Кстати, я тебе кое-что купила. – Лили вытащила из сумки маленькую коробочку и вручила мне. – Я нашла это в жутком антикварном салоне, куда затащила меня бабуля, и вспомнила о тебе.
Я осторожно открыла коробочку. На темно-синем бархате лежал браслет в стиле ар-деко, из продолговатых гагатовых и янтарных бусин. Я достала браслет и сжала его в руке.
– Он, конечно, немного стремный, да? Но он напомнил мне о…
– Тех колготках.
– Да, колготках. Это типа в знак благодарности. Ну… сама понимаешь… за все хорошее. Ты единственная из всех, кого я знаю, кому может понравиться такая вещь. Хотя, вообще-то, он мне тоже понравился. Так что беру свои слова назад. Он идет к твоему платью.
Я вытянула руку, и Лили надела браслет мне на запястье. Я осторожно покрутила его:
– Очень красиво.
Она задумчиво ковыряла носком туфли бетонное покрытие:
– Ну, за мной вроде как должок. Ювелирное украшение.
– Ты мне ничего не должна.
Я посмотрела на Лили, такую уверенную в себе, с глазами точь-в-точь как у Уилла, и подумала о том, что она, сама того не подозревая, очень многое мне дала. А затем она весьма чувствительно стукнула меня по руке:
– Верно. Давай без этих розовых соплей. А не то у меня сейчас тушь потечет. Нам лучше спуститься вниз и принести оставшуюся еду. Кстати, а почему это в моей спальне появился постер с трансформерами? А еще с Кэти Перри?[37] На черта тебе там жильцы?
