Фред неловко попятился, и Дафна одними губами произнесла: «Очень хорошо, Фред».
Она поправила свой шелковый шарф и вышла из толпы гостей:
– Я хотела сказать, что прошу прощения. У Алана. Алан, ты был таким хорошим человеком, и мне жаль, что мы не смогли быть друг с другом до конца откровенны. Мне жаль, что я не смогла тебе помочь. Я хочу… Нет, я надеюсь, что у тебя все в порядке и что ты нашел себе хорошего друга, где бы ты сейчас ни был.
Она закончила, и Фред ободряюще погладил ее по руке.
Тогда Джейк задумчиво потер шею и, покраснев, посмотрел на своего отца:
– Мама, нам обоим тебя очень не хватает. Но мы держимся. Я не хочу, чтобы ты волновалась за нас, и вообще.
После этих слов его отец обнял его и поцеловал в макушку, смахивая слезы. И они с Сэмом понимающе переглянулись.
Затем наступила очередь Линн и Сунила. Обратив глаза к небу, чтобы скрыть непрошеные слезы, каждый из них произнес несколько фраз.
Уильям положил к своим ногам белую розу. Непривычно молчаливый, он бросил мимолетный взгляд на розу и присоединился к остальным. А когда Наташа его обняла в знак дружеской поддержки, он шумно сглотнул и схватился за сердце.
Поймав на себе взгляд Марка, я почувствовала, как Сэм нежно сжал мою руку. Я с улыбкой покачала головой:
– Я, пожалуй, воздержусь. А вот Лили, если можно, хотела бы сказать пару слов.
Лили вышла вперед, задумчиво прикусив губу. Она бросила взгляд на клочок бумаги с рукописным текстом, но затем, видимо, передумала и скатала бумажку в шарик.
– Хм, я попросила у Луизы разрешения выступить, хотя формально я не член вашей группы. Я не знала своего папу, не присутствовала на его похоронах, и поэтому мне хотелось бы сказать о нем сейчас, так как, по-моему, за это время я узнала его чуть-чуть ближе. – Она смущенно улыбнулась, убрав упавшую на лицо прядь волос. – Итак. Уилл. Папа. Когда я впервые обнаружила, кто мой настоящий отец, то, если честно, немного распсиховалась. Я надеялась, что мой настоящий папа окажется мудрым, красивым мужчиной, который научит меня разным вещам, будет меня защищать и повезет по разным красивым местам, которые ему всегда нравились. А в результате я получила озлобленного человека в инвалидном кресле, который, как вы знаете, в конце концов наложил на себя руки. Но, папа, благодаря Лу и твоей семье я стала понимать тебя гораздо лучше. Да, наверное, я буду грустить и даже немного сердиться из-за того, что мне так и не удалось с тобой встретиться. Но сейчас я хочу сказать тебе спасибо. Сам того не подозревая, ты дал мне очень много всего. Мне кажется, я унаследовала от тебя и что-то хорошее, и что-то плохое. Я унаследовала от тебя и голубые глаза, и цвет волос, и отвращение к мармиту[38], и способность кататься на горных лыжах… Ну и конечно, я унаследовала от тебя перепады настроения, по крайней мере, так говорят знающие люди. Не я. Но самое главное, ты дал мне семью, о которой я даже не подозревала. И это круто. Потому что, положа руку на сердце, до их появления дела у меня шли неблестяще, – неуверенно улыбнулась Лили.
– Мы очень рады, что у нас появилась ты! – крикнула Джорджина.
Я почувствовала, как Сэм стиснул мне пальцы. Ему, конечно, было вредно так долго стоять, но он решительно отказывался садиться.
– Спасибо, Джи. Итак, Уилл… папа, я не собираюсь здесь долго распинаться, потому что речи здорово утомляют, да к тому же младенец вот-вот начнет плакать, что, естественно, испортит все впечатление от моего выступления. Я просто хотела лично от себя сказать тебе спасибо. Я очень тебя люблю и никогда не забуду, и я надеюсь, что если ты смотришь на нас сверху и видишь меня, то ты доволен. Доволен тем, что я существую. Ведь то, что я здесь, вроде как означает, что и ты тоже здесь, разве нет? – Голос Лили прервался, глаза наполнились слезами. Она бросила взгляд в сторону Камиллы, которая коротко кивнула. Лили хлюпнула носом и выставила вперед подбородок. – А сейчас, по-моему, самое время выпустить в небо шары.
Все дружно вздохнули и зашаркали ногами. Члены нашего кружка, тихо переговариваясь, потянулись к привязанным к шарикам веревочкам.
Лили, с белым гелиевым шариком в руках, первой вышла вперед. Он подняла руку, потом, словно поддавшись порыву, выдернула из цветочного горшка крохотный василек и аккуратно привязала его к веревочке. Снова подняла руку и как бы нехотя выпустила шарик.
Ее примеру последовал Стивен Трейнор, и я увидела, как Делла ласково сжала его руку. Потом шарик выпустила Камилла, за ней – Фред, Сунил и Джорджина. Ну и последними стали мама, Трина, папа, у которого, судя по тому, как он громко сморкался, глаза уже были на мокром месте, и Сэм. Мы молча стояли на крыше и смотрели, как шарики один за другим взмывают в небо, постепенно уменьшаясь, уменьшаясь и наконец растворяясь в прозрачной синеве.
И тогда я отпустила свой.
