– Думаю, да. Сюда она ее больше приводить не могла, но они виделись в школе и, я уверен, по выходным тоже. Шарлотта не хотела ничего об этом знать, и мы все делали вид, будто ничего не было. В нашем доме Джеральдин больше не появлялась. Я говорил Шарлотте, что это лишь этап, и я был прав. Когда Лейси уехала в университет, она отдалилась от Джеральдин, и у нее там появился мальчик, хороший, но их отношения сошли на нет.
– А вы уверены, что на то свидание Лейси шла к мужчине? – спросила Мосс.
Он посмотрел на них и снова надел очки.
– Ну, да. Так она сказала. А вы сомневаетесь?
– Мы не знаем. Мы еще не получили данные с телефона и компьютера Лейси, – сказала Эрика. – Спасибо вам, мистер Грин. Мы расспрашиваем вас об этом, потому что нам нужно поговорить с Джеральдин. Очень жаль, что вы сами не рассказали о ней, когда мы спрашивали вас о людях, с которыми общалась Лейси.
– Но это же было много лет назад!
– Нам нужно знать. Скрывая правду, вы вставляете нам палки в колеса. Пожалуйста, давайте обойдемся без секретов. Я пообещала вам, что найду того, кто это сделал, но мне нужно, чтобы вы были открыты и честны с нами.
Дон кивнул, спрятал голову в ладони и начал всхлипывать. Эрика дотронулась до его плеча, и они тихо ушли.
– …Босс, не стоит давать таких обещаний, – сказала Мосс, когда они вышли из дома и сели в машину.
– Каких обещаний?
– Что ты найдешь убийцу Лейси.
– Я их даю, потому что беру на себя ответственность. И я еще никогда не нарушала обещаний.
– Ты – нет, но вот тебя твои обещания чуть не убили.
В этот момент Эрике позвонил Питерсон и доложил, что удалось узнать у Шадэ. Выслушав новости, Эрика поделилась ими с Мосс.
– Нам нужно связаться с транспортной полицией: судя по всему, Джанель где-то «раздобыла» этот кофе-велосипед. Может, он значится среди украденных. Получается, Джанель могли похитить откуда угодно, – заключила Эрика.
– Я нашла, где нам искать Джеральдин Корн, – ответила Мосс, глядя в телефон. – Она работает в аптеке в этом районе, всего полтора километра отсюда.
– Отлично. Поехали поговорим с ней.
Маленькая обшарпанная аптека располагалась на краю торгового квартала. Когда они вошли, зазвенел колокольчик на двери. Внутри было тихо, стояла рабочая атмосфера. Все полки были забиты медикаментами, пахло антисептиками и пылью. За поцарапанным прилавком Эрика и Мосс сразу же узнали Джеральдин. Она обслуживала пожилую женщину с белой повязкой на глазу. Из подростка в фотоальбоме Джеральдин превратилась в серьезную молодую женщину в белоснежной накрахмаленной форме, с идеальной бледной кожей и аккуратно убранными назад длинными волосами.
В окошке за ее спиной мелькнул невысокий индиец, и на металлическую чашу весов упала упаковка таблеток. Эрика и Мосс дождались, пока пожилая дама уйдет, подошли к прилавку, представились и показали удостоверения.
– Ну наконец-то, – сказала Джеральдин.
– Вы нас ожидали? – отозвалась Мосс.
– Мне даже никто не сообщил. Я узнала из местных новостей. А ведь я была ее лучшей подругой, – обиженно произнесла она, словно ей отказали в законном статусе.
Дверь открылась, и в аптеку вошел пожилой мужчина.
– Подождите минуту, – попросила Джеральдин, намереваясь обслужить его.
– Нет, это ему придется подождать. Мы хотим поговорить с вами. Сейчас, – настояла Эрика.
Джеральдин оглянулась на мужчину за окошком, и он кивнул. Она провела их мимо переполненных полок к маленькой двери, за которой оказался не менее переполненный склад. Здесь стояли стол, стулья и маленькая раковина с чайником.
– Сочувствуем в связи с гибелью Лейси, – начала Эрика, когда они сели за стол. – Вы были близки.
Джеральдин заерзала на стуле и пожала плечами.
– Разве вы не сказали нам две минуты назад, что были ее лучшей подругой? – переспросила Мосс.
– Была. То была, то не была. Все было сложно.
– Мы знаем, что у вас были любовные отношения. Мы нашли фотографии в альбоме, снятые на полароид. Лейси прятала их под другими снимками, – объяснила Мосс.
– Прятала под другими снимками… вот в этом – вся суть наших отношений. Лейси уехала в университет и бросила меня.
– А вы сами не хотели учиться?
– Моим родителям не по карману платить за мое обучение. Но у меня хорошая работа, стабильная. Люди ведь всегда будут болеть, – не без грусти констатировала она.
– Что вы знаете о друзьях и личной жизни Лейси? – спросила Эрика.
– У нее была я. Трое или четверо парней в университете. Да много кого, – неодобрительно заметила Джеральдин. – Она была очень красивая. А красивые, они такие.
– Когда закончились ваши отношения? – спросила Мосс.
– По сути, они так и не закончились. Когда она приезжала домой на каникулы, ей становилось грустно, она звонила мне, и мы встречались.
– Где?
– У меня дома. Моя мама нормально к этому относилась. Думаю, Лейси была рада, что у меня дома можно не напрягаться. Шарлотта всех строит, Дон – подкаблучник.
– Мы увидели лишь убитых горем родителей, – заметила Эрика.
– Они стерли меня из жизни Лейси, – обиженно сказала Джеральдин, скрестив руки.
– Вы видели Лейси в месяцы, предшествовавшие ее исчезновению?
