– Ее домработница, – ответил он. – Здесь на полу лежал кухонный нож, но крови не было. Думаю, она пыталась защищаться. Нужно будет снять с него отпечатки пальцев.
Мортимер указал рукой в сторону кухни, и они пошли за ним.
– Сумка была при ней. Наличные и карты на месте, поэтому нет оснований подозревать, что это ограбление.
Кухня была маленькая и уютная, с видом на малюсенький садик. Уличные фонари освещали четыре большие газовые башни. На маленьком кухонном столе с двумя стульями было разложено содержимое сумки Брайони.
– Домработница убрала весь дом, и только потом зашла в гостиную, – сказал Мортимер.
– Значит, вместе с грязью она вычистила и все улики? – спросила Мосс. Мортимер кивнул.
Эрика подошла посмотреть вещи из сумки. Каждая была вложена в прозрачный пакет и подписана. Внимание Эрики привлек рабочий пропуск Брайони. Она взяла пакетик и стала крутить его в руках.
– Что это? – спросила Мосс.
– Пропуск. Смотри. Брайони Уилсон работала на «Генезис».
– Если это так, то вот и связь, – заключил Питерсон.
– Но в чем именно она состоит? – задала Мосс вопрос без ответа.
Выйдя из дома Брайони, Эрика, Мосс и Питерсон сдали комбинезоны. Мортимер проводил их на улицу, и у ворот они столкнулись с идущим навстречу криминалистом.
– Посмотрите вот на это, сэр.
Они подошли к дороге, где был припаркован сервисный минивэн с включенными фарами. Рядом с ним, у сточного колодца стоял сотрудник в форме. Решетка была отодвинута. Он светил фонарем своей коллеге в синем комбинезоне, которая, засунув руку вниз, пыталась лежа что-то достать из водостока. Когда они подошли, она вытащила руку. Рукав ее комбинезона был черным от грязи, а в перчатке она держала треснувший мобильный телефон, который тут же отправился в чистый пластиковый пакет.
– Все запутывается еще больше, – сказал Питерсон. – Если синий «Форд» свернул на эту улицу или когда он на нее свернул, он должен был встать на этой стороне дороги.
– Нужно выяснить, чей это телефон, – сказала Эрика.
– Если это телефон Бет, то зачем ему хватать ее там, где мы думаем, а телефон выбрасывать здесь? – недоумевала Мосс.
– И как со всем этим связана Брайони? – спросил Питерсон.
– Если вы здесь закончили, то я прощаюсь, мне нужно вернуться в дом. Будем на связи по телефону, – сказал Мортимер.
Они поблагодарили его и вернулись к своей машине.
Эрика включила обогрев, и некоторое время все молчали. Часы на панели показывали почти четыре утра.
– Что мы в итоге имеем? – спросила Эрика, повернувшись к Мосс, которая сидела на заднем сиденьи. Питерсон тоже обернулся, схватившись длинной рукой за спинку сиденья.
– Так. Брайони Уилсон работала на «Генезис». Все наши жертвы были обнаружены в баках, принадлежавших и обслуживаемых «Генезисом». Она должна быть как-то связана с убийцей, – заключила Мосс.
– Думаешь, она причастна к убийствам? – спросил Питерсон.
– Бет Роуз была похищена в 20:15. Через двадцать минут машина приезжает сюда. Брайони могла быть причастна, – заметила Эрика.
– То есть они работали в паре? – предположила Мосс.
Эрика барабанила пальцами по стеклу.
– Нужно тщательнейшим образом проверить ее дом. Искать любую зацепку – в данных вскрытия, опросить ее знакомых. Хочу сходить в отделение, где она работала. В одном только Лондоне их семнадцать. Но теперь наш поиск сузился до одного. Как думаете, во сколько он откроется?
– Думаю, не раньше половины девятого или в девять, – предположил Питерсон. – То есть часа через четыре или пять.
– Успеем метнуться домой и обратно? С учетом часа пик.
– Может, нам найти где-нибудь место и поспать пару часов? – предложила Мосс.
Питерсон кивнул. Эрика смотрела в темные окна, за окном начинался дождь.
– Спасибо вам обоим. Понимаю, мы уже столько без перерыва работаем, но процесс идет. Сколько часов прошло с похищения Бет?
– Почти пятьдесят семь, – ответила Мосс.
– Черт. Лишь бы не опоздать.
Бет лежала на холодном полу, проваливаясь в сон и просыпаясь. К этому моменту она уже потеряла счет времени. Холод и отсутствие еды высосали из нее все силы. Кровь из ран продолжала течь, пластырь был весь мокрый. Джинсы тоже были мокрые – в темноте Бет не могла понять, кровь это или моча.
Она уже знала, кто ее здесь держит, и ругала себя за то, что не обращала внимания на новости. На учебе она слышала, как друзья говорили про девушек, которых похищали, а потом выбрасывали в мусорные баки. За время, проведенное в клетке, Бет уже прошла стадии паники, крика и спокойной решимости. В какой-то момент она начала плакать от мысли, что теперь ее мечта о славе сбудется, но только прославится она как жертва маньяка.
В темноте она несколько раз ощупывала замок, к которому была прикована цепь на шее, но, поднимая руки, она каждый раз заново травмировала порезы. Они снова начинали кровоточить, и мокрые от крови руки начинали скользить.
Один или два раза, услышав дребезжание и стуки, она думала, что он вернулся. А потом раздался ужасающий вой. «Он что, держит здесь еще одну девушку?»
– Эй! – крикнула она. – Здесь кто-то есть?
В ответ снова раздался вой.
