– Слушай, ба, не стоит особенно надеяться, но я получила из одной адвокатской конторы в Лондоне вести о Вайолет.
– Продолжай, – бабушка подалась вперед, затаив дыхание.
Я поведала ей все, что знала сама, и показала письмо брата Исидора вместе с кулоном. Открыв рот от изумления, старушка рассматривала лежащее на ее ладони украшение.
– Моя Вайолет жива?
– Не знаю, но в тысяча девятьсот восемьдесят первом она точно не умерла.
– Сколько же лет прошло с тех пор?
Вот с математикой у Бэрил всегда было плохо, с юных лет.
– Тридцать семь.
Она промокнула глаза шерстяным рукавом и вернула мне письмо.
– Можешь прочитать его вслух? Не упуская ни слова?
Глотнув из ее стакана, я принялась читать практически наизусть, настолько знакомым мне стало его содержание. Закончив, я обнаружила ее с закрытыми глазами и испугалась, что бабушка все проспала.
– Ба? – Я тихонько коснулась ее руки.
– Она жива, – заявила старушка с улыбкой, распахнув глаза, – я это чувствую.
– Думаю, это вполне возможно.
– Найди ее, Тара, – она схватила меня за предплечье с силой, которую я не ожидала в ней обнаружить.
– Только поторопись, – прохрипела она, обессиленно откинувшись на подушки.
Домой мы ехали молча. Посещения хосписа всегда заставляют задуматься над тем, как тебе повезло. На парковке перед больницей стояли две машины похоронного бюро.
– Я пригласил папу к нам на чай сегодня вечером, – начал сын.
Мы затормозили так резко, что он едва не ударился лбом о бардачок.
– Бога ради, Дилан. Зачем ты это сделал?
– Мы не виделись с сентября, а я завтра утром уезжаю.
Я была так раздражена, что вместо поворотника включила дворник.
– Может, лучше ты к ним?
– О нет, – завопил он. – Там эти маленькие…
Он долго искал слово и остановился на варианте «дьяволы».
– Когда я был там в последний раз, отец задержался, и Сюзи заставила меня читать им сказки, пока сама отрывалась. Сказала, я обязан поддерживать с ними теплые отношения как… старший брат, – последние два слова он произнес, поставив пальцами в воздухе кавычки. – Я на такое не подписывался.
– Дура.
Наши отношения с сыном всегда были теплыми, но ироничное отношение к Сюзи роднило нас еще больше.
– Так что пусть лучше папа к нам заглянет.
– Ладно, но только он один, – смирилась я.
– Хорошо. И ужин готовлю я сам.
Мои брови поехали вверх, зато удалось сдержать смешок.
– Ладно, заедем тогда в супермаркет по пути, – заявила я с энтузиазмом, достойным уважения.
Дилан приготовил типичное студенческое блюдо: макароны с курицей. Зато он сам почистил и порезал чеснок, а еще приготовил неплохой соус из сливок и пармезана. И даже присыпал все свежим кориандром.
– Ммм… Очень даже ничего, – сказал Ральф с полным ртом и сделал глоток красного вина. – Намного лучше всего, что пытается готовить Сюзи.
Я посмотрела на без двух минут бывшего мужа. За столом он занял место, которое принадлежало ему двадцать лет, и это казалось таким естественным. И зачем только он все разрушил? Само собой, вслух я этого вопроса не произнесла. Ральф слышал его много раз, но так и не нашел достойного ответа.
– Если хочешь, я поеду с тобой, – предложил он.
– Куда ты собираешься со мной поехать? – Я промокнула губы салфеткой.
– В Испанию, куда же еще. Помогу тебе искать Вайолет.
Я бросила на Дилана взгляд, полный упрека. Видишь, что ты наделал?
Очевидно, сын просветил его насчет письма и кулона, что вовсе не входило в мои планы.
– Думаю, это не очень хорошая идея, Ральф.
– Почему? Я могу сесть за руль. Ты же не любишь водить за границей.
Они обменялись взглядами и расхохотались, вероятно, вспомнив, как однажды во Франции я улетела в кювет, пытаясь избежать столкновения с машиной, которая, как мне показалось, едет по встречке.
– Не думаю, что это понравится Сюзи, Ральф.
Теперь все разговоры так или иначе касаются Сюзи.
– Предоставь это мне, – заявил бывший муж. – Здесь речь идет о семейном деле, а мы семья.
Он схватил за руки меня и Дилана так, что мы практически образовывали сомкнутую окружность. Я вырвала свою ладонь.
– Мы когда-то были семьей. И, если мы сейчас сидим, взявшись за руки, как долбаный хоровод, это не значит, что мы все еще ей являемся.
– Эмм… Грубовато, мам, – вклинился Дилан. – Папа всего лишь хочет помочь.
Я сделала глубокий вдох.
– Что ж, прошу прощения, Ральф, и все же это не очень хорошая идея.
– Но я настаиваю, – не унимался он. – Тебе нельзя ехать одной. Неизвестно, что тебя там ждет.
– Папа прав. Я не могу тебя сопровождать, так что у тебя нет выбора.
– Эмм… Спасибо, но, к счастью, у меня есть друзья.
– Например? – спросил сын, сузив глаза до маленьких щелочек.
– Дай-ка подумать. Есть Шерон, моя коллега, но мы вряд ли сможем одновременно взять отпуск. Еще есть Сандра, но она сейчас на острове Бьют. Тогда остается Мойра.
– Мойра? – фыркнул Ральф. – Она твоя домработница, а не подружка.
– Чтоб ты знал, она намного больше. Кто поддерживал меня, когда… Сам знаешь, когда, – отрезала я.
Нет смысла обсуждать все это снова, тем более в присутствии сына, лучше просто подлить себе еще вина.
– Есть куча друзей, которых я могу позвать с собой, просто не хочется никого напрягать.
