– Сью, прошу. Чай и закуски. Без мышьяка. Сойер, пойдём за мной, – Пэнзи повёл меня в небольшой кабинет, где было всё завалено папками и книгами.
Мы сели на узкий кожаный диван. Повисла неловкая пауза. Как сказать человеку, что ты был мёртв и теперь ты жив? Это немного сложно.
– Итак, рассказывай. Что за чушь ты нёс там? И что тебе надо от моей сестры?
– Она сама, – с улыбкой ответил я.
– Это что, какая-то шутка?
– Нет. Я серьёзен. Я собираюсь жениться на Айви в ближайшее время, и ты мне должен помочь.
– Должен? Сойер, ты в край оборзел…
– Пирс, – перебил его. – Мне больше нравится, когда меня зовут Пирс. Тем более это моё второе имя. Оно мне ближе.
Пэнзи побледнел и сглотнул. Он немного отодвинулся от меня в сторону.
– Ладно. Не веришь. Но зато ты сейчас видишь меня и можешь легко наставить на меня свой пистолет. Тогда я даже опасался, что ты можешь пораниться, так размахивал оружием, чтобы защитить от меня Айви. Да и крест с чесноком на меня не действовали. Увы, сейчас тоже не действуют, – от моих слов ему стало дурно. Пэнзи подскочил с дивана и отошёл, таращась на меня.
– Ты… ты… никто не знал. Были я, Айви и… призрак…
– Верно. Призраком был я, только сейчас я живой. Надеюсь, что ты не убьёшь меня, иначе это превратится в чёрную комедию, Пэнзи.
– Но… но… ты… я думал…
– Я вспомнил только недавно всё своё прошлое. Раньше у меня была амнезия. Первой я вспомнил Айви в августе, когда увидел её на кладбище. Она пришла на мою могилу, как и Рита. Это была годовщина моей смерти. Потом понемногу воспоминания возвращались, когда меня что-то провоцировало и вызывало злость. А затем они полноценно распахнули двери туда, где я был любим. И я хочу вернуть это. Я люблю Айви, и я знаю, что она любит меня. Она поймёт, что это я. Она узнает меня. Потому что я другой. Я не Сойер. Мой сын мёртв, – Пэнзи осел на пол, но у меня не было времени, чтобы приводить его в чувства и сюсюкаться с ним. Мне дорога была каждая минута теперь.
