Французский писатель Филипп Ле Руа – страстный поклонник Хичкока, Кубрика, Де Пальмы и Тарантино, автор «черных» романов, сценарист и знаток боевых искусств, рок-музыкант. Его роману «Последний завет» в 2005 году присуждена самая престижная французская премия в области детектива.В новом романе Ле Руа «Последнее оружие» главные персонажи «Последнего завета» возвращаются, чтобы вывести историю на иной, еще более глубокий уровень. Цепочка странных исчезновений тянется через разные страны и континенты.Суперагент Натан Лав, нарушив данную им клятву более не возвращаться к цивилизации, принимается за дело. Восстанавливая обстоятельства, он мечется с одного материка на другой, и постепенно ему открывается истинный облик властителей мира и новое лицо мирового терроризма.
Капитан Кларк Фут отвесил себе оплеуху, достойную допроса с пристрастием. Командуя подразделением миротворческих сил ООН, поддерживающих порядок в истерзанной двумя годами гражданской войны Хорватии, американский офицер мало спал за последние недели. И тайная вылазка в район Лики отнюдь не улучшила его самочувствие. Задание было не ооновское и посягало на редкие и без того часы его сна. Сидя за рулем старенького внедорожника, позаимствованного в какой-то деревне, опустошенной сербско-черногорскими артобстрелами, он ехал через пустынную гористую местность, тонувшую в непроглядной ночи. Природная безотрадность пейзажа еще больше усугублялась опустошениями, которые сотворили с ним люди. Кругом все было в руинах, там обитала лишь горстка стариков, которые так и не поняли, кто тут и за что воевал.
Фут не заметил груду камней, вышибленных взрывом из какой-то стены. Его «тойота» встала на дыбы, плюхнулась на дохлые рессоры и подскочила посреди кирпичного месива. Одна из шин лопнула. Менять колесо было некогда. Капитан навел фонарь на петляющую дорогу и продолжил путь пешком.
Через час, пробираясь по зловещей ничейной земле, он заметил обезглавленную колокольню. Место встречи. Младенческий плач означал, что его ожидают с нетерпением.
–
–
– Поздновато явились.
– Дорога непроезжая.
– Надо было добираться на осле, как я.
– От самого Загреба?
Из потемок возник массивный силуэт.
– О'кей, деньги у вас с собой?
Плач за спиной Стефана зазвучал громче. Кларк Фут протянул пачку.
– Двадцать тысяч долларов. Можете пересчитать, если хотите.
Тот понюхал пачку, вгляделся в вытащенную наугад купюру.
– О'кей, бухгалтерией сейчас некогда заниматься. Я этого крикуна и пяти минут больше не вытерплю.
– Могу я все же взглянуть на фото?
– Вот, смотри.
Стефан сунул под луч фонаря два снимка супружеской пары.
– Погибли во время обстрела Дубровника, – пояснил он.
Под несмолкающий плач ребенка капитан внимательно изучил лица.
– О'кей?
– Хорошо.
Стефан отступил назад, поднял с земли грязную кошелку и раскрыл ее, сунув Футу прямо под нос.
– Вы в ней его и тащили?
– Коляска в цену не входит.
Капитан выхватил у него кошелку, которая начала медленно раскачиваться.
– Не все ли равно при том, что вы собираетесь с ним делать, – добавил Стефан.
– И что, по-вашему, я собираюсь с ним делать?
– О'кей, при такой цене вы сможете оправдать ваши денежки, только пустив его на запчасти.
– А не маловат он для донорства органов?
– Зачем тогда?
– Скажем, это вас уже не касается. Но хочу все же напомнить, что немалая сумма, которую вы от меня получили, гарантирует ваше молчание.
Хорват одарил его последним «о'кей» и взгромоздился на своего осла. Капитан дождался, пока тот растворится в темноте, потом припустил по тропинке к машине. Его ожидал еще ночной марш-бросок с младенцем на руках, смена колеса и три часа дорожной тряски до Задарского порта. В фамилии капитана Фута не было ничего героического, но зато миссия – вполне под стать супергерою.
Ему предстояло спасти мир.
Над Парижем лило как из ведра. Забившись под стол в гостиной, Бариш смотрел, как по стеклам струится небесная вода. Несмотря на раздувшийся мочевой пузырь, его вовсе не тянуло разгуливать под таким дождем. Его хозяйку, Аннабель, тоже.
