Последнее падение полностью

Пусть мы и тренировались в лучшей спортивной школе страны, но образование у нас действительно было никудышным. Я пусть и была спортсменкой, поехавшей на тренировочном процессе, но всё-таки дурочкой меня назвать было нельзя. А с таким отношением преподавателей, я начинала себя ею ощущать.

– А может вы знаете что это за линия, которая делит нашу планету пополам?

– Экватор.

– Потрясающе, две пятёрки. Посмотрите на Каролину Мороз, берите с неё пример. Она всегда слушает и всё запоминает.

«– Но лучше бы я этого не делала, толку от этого никакого», – добавила я про себя.

Прозвенел звонок и моё бесполезное времяпрепровождение закончилось. Меня ждал обед. Но перед этим мне нужно было заглянуть в кабинет, где расположился 7 «Л» класс, в котором училась Совинькова.

Думаю, вас удивляет факт того, что класс нумеровался буквой «Л», однако здесь нет ничего необъяснимого. «Л» – от слова лёд. Так педагоги сразу понимали какой именно дурдом перед ними. Только вот в этих классах, помимо фигуристов, были ещё и хоккейные команды, которые не давали нам покоя.

Вот и Татьяна угодила в класс с нашими закадычными друзьями – Сашей и Денисом.

Когда я завернула в кабинет 317, то чуть не получила клюшкой по носу. В целом – это была нормальная практика, у них в классе постоянно творился какой-то беспредел.

– Я конечно всё понимаю, – вежливо сказала я, отодвигая клюшку от своего носа и протискиваясь в кабинет. – Но зачем ты припёр клюшку в школу?

Денис подскочил от неожиданности и встал в защитную стойку:

– Чтоб от тебя отмахиваться. Ты опять кусаться будешь, Мороз?

– Не переживай, – язвительно ответила я. – Мы в столовую сходим. Тань пошли.

– Подвинься Разнов, – Татьяна слегка отодвинула Дениса, который встал посередине кабинета. – Весь проход занял, шкаф.

– А ты шпиголица!

– Что ты сказал? Спрячься лучше, Денис. А то опять покусаю!

Денис вынесся из кабинета с дикими воплями:

– Танька, ты мне сначала справку покажи, что ты привитая, а потом уже кусай!

Татьяна не стала долго терпеть его возгласы и рванула вслед за русым дурачком.

«—Честное слово, он похож на Иванушку дурачка из русских сказок», – подумала я (а ведь когда-то я действительно так думала. Осознавая это сейчас, я – лишь мило улыбаюсь, понимая, что дурочкой была я).

– Ощущение, что я учусь в классе коррекции, – пробубнил Король, выходя из кабинета и замечая меня. – Здравствуй, Лина, – сказал Саша привлекая моё внимание и аккуратно заправляя мои выбившиеся пряди волос за ухо. – Что-то мы в последнее время совсем перестали видеться… Ты как вообще?

Чем старше я становилась, тем глупее делалась – так мне казалось. К этому выводу я пришла самостоятельно и совершенно случайно.

Король всё чаще своими поступками ставил меня в неловкое положение, а я просто не знала, как реагировать на его знаки внимания. Да я вам больше скажу, тогда я даже не понимала, что это знаки внимания. Лет до шестнадцати я думала, что он просто прикалывается над мной, хотя иногда это действительно было так.

– Привет, – я уставилась в пол, рассматривая свои белые кроссовки. – Неплохо… а ты как?

– Я тебя чем-то обидел, Лин?

Александр Король – это единственный человек, который сразу чувствовал изменения в моём эмоциональном состоянии, и чаще всего, он почему-то думал, что он является причиной этих изменений (хотя чаще всего это действительно было так). Поэтому скрывать от него что-то – самая плохая затея.

– Нет, не обижал, – он протянул мне руку, медленно выводя меня из кабинета, чтобы пойти в направлении комплекса Академии и нашей прекрасной столовой, по которой так изголодался мой желудок. – Просто я начинаю ощущать себя одинокой. Вы все как-то отдалились от меня …

– Чушь, Каролина. Никто от тебя не отдалялся. Сейчас мы все безумно загружены на тренировочных площадках. Мы ведь уже не маленькие. Что Денис, что Таня, что я – мы все катаемся в старшей группе среднего звена. Поэтому так мало видимся. У тебя то тренировок поменьше будет, чем у нас. И ты тут совсем не виновата, – он вновь убрал мои волосы за ухо. – Поняла?

– Да, – я слегка толкнула его в сторону, чтобы запустить цепочку взаимных толчков в разные стороны, до того момента пока кто-то из нас не окажется на полу. И как вы понимаете, чаще всего на полу оказывалась я. – Я просто переживала из-за этого. Да и про Лию ничего не говорят. Как она там…

– Всё с ней нормально, – я посмотрела на него с воодушевлённым взглядом, подумав, что она смогла как-то раздобыть телефон и набрать кого-то из нашей шальной семейки. – Нет, она не звонила, – будто прочитав мои мысли, ответил Саша. – Так Ксения Александровна говорит, с ней она иногда разговаривает, а матери Лия врать не станет, – он запнулся, вспомнив, сколько Трубецкая скрывала наличие своей травмы. – Теперь не станет.

– Уверен?