– Не засаживай меня тут. Сама ничего не делаешь, только язык качаешь. А то смотри, может пора партнёра поменять.
– Ну я как погляжу, – она посмотрела на Ким оценивающим взглядом. – Ты уже готов.
Когда я поняла, что ситуация явно выходит из-под контроля, а Ксения Александровна, как назло, куда-то исчезла, в тренировочный зал зашла наша спортивная свита.
Русаков открыл дверь и пропустил вперёд Ксению Александровну и Ирину Владимировну, а после прошмыгнул следом и расположился в удобном тренерском кресле. Трубецкая сразу обратила внимание, что между её сыном и его партнёршей повисло очередное напряжение. И когда та уже собиралась сделать им очередное замечание, Славянская протянула перед ней руку, призывая к спокойствию:
– Не нужно, Ксюша. Пусть наконец-то подерутся и успокоятся.
Однако ребята уже успели заметить старшего тренера и принять максимально дружеский вид, чтобы избежать любых конфликтов.
– Успокоились, черти? – спросила она всех присутствующих, а после того как получила положительные кивки, продолжила. – Я тут по делу пришла, собственно говоря, как всегда. Заявка на участие в чемпионате страны. Кауфман и Ким, хотя, говоря по правде, за вас поручился Валимов, так что скажите ему спасибо. Совинькова и Трубецкой, – она посмотрела на них предостерегающим взглядом. – Однако если я увижу хоть одну потасовку между вами, ребятки, вылетите с чемпионата как пробка из бутылки шампанского. Гофман, – она обратилась к девушке, которая тянулась на другом конце зала. – В этом году должна быть первой. Остальных – поздравляю с выходными, – зал залился бурными овациями, поздравляя сильнейших представителей спорта. – Старшая группа также в полном составе во всех четырёх категориях поедет с нами, они уже всё знают. Но это ещё не всё. У нас есть просьба от руководящего состава – выставить одного спортсмена на показательный номер, после основных соревнований. И я была очень приятна удивлена, когда увидела кого именно потребовала федерация фигурного катания на коньках. Каролина Мороз должна будет представить показательный номер, – весь зал снова залился аплодисментами, а Татьяна налетела на меня с объятьями со спины. Я до сих пор находилась в каком-то ступоре, поскольку осознавала на каких именно соревнованиях мне придётся откатать показательный номер. До чемпионата страны, как участнице, мне оставалось меньше двух лет, однако если федерация потребовала моего показа, то это явные ставки на мою персону в будущем. – Отвисни, Мороз. Понимаю, что первый раз на профессиональном уровне, так ещё и по просьбе федерации, ответственность и все дела, но ты справишься.
– У тебя просто нет выбора, – шепнула мне на ухо Татьяна.
– Конечно справится, – сказал Русаков, оторвав взгляд от телефона. – А мы её натаскаем за эти две недели.
– Это всё просто потрясающе, но я напомню вам, Ирина Владимировна, что вы отнимаете моё тренировочное время, – упрекнула её старшая Трубецкая. – Если у вас всё, то мы продолжим.
– Не имею прав вас задерживать, продолжайте.
С этими словами Славянская покинула спортивный зал и отправилась на очередную ледовую тренировку к уже состоявшимся спортивным звёздам – старшей группе.
– Перерыв закончен! И так, Марк и Алиса – на отработку поддержек, средняя группа на прыжки, пары на выбросы, а после – присоединитесь к танцорам на поддержках.
После того как мы начали прыжковую разминку, в тренировочный процесс подключился Русаков, постоянно комментируя наши недочёты:
– Мороз, ты когда-нибудь на ногу сядешь? Что ты на меня так смотришь? Ты не садишься на ногу, ты её даже не сгибаешь! Нажми, иначе я сейчас встану и подойду. Трубецкой, ты куда хочешь вылететь? В соседнее зеркало? Плечо закрой, тебя же унесёт на прыжке.
По итогу второй тренер не выдержал нашего беспредела и встал из своего кресла, чтобы исправить ошибки. Первыми стали Татьяна и Кирилл, которые явно были не очень этому рады.
– Кирилл, плечо! Это не прыжок, а размазня какая-то, – он довёл плечо Трубецкого до правильного угла, чтобы при выезде из прыжка, его не заносило в сторону. – Давай нормально сделай, и я от тебя отстану.
После очередного синхронного прыжка Татьяны и Кирилла, Виктор Станиславович обратил внимания и на Совинькову:
– А повыше можно, Тань? – она кивнула. – Ну тогда сделай. Кирилл, ты решил теперь руку выкидывать раньше времени? Что творишь то? Держи её до конца! Плечо контролируй!
После очередной попытки исполнения синхронного Сальхова, Русаков отстал от ребят и перешёл ко мне:
– Либо ты сейчас сядешь на ногу, либо я сяду сейчас на тебя, и тогда посмотрим, как ты запрыгаешь.
– Сажусь я.
– Не садишься, ты её не сгибаешь, работаешь только за счёт маха и рук. С такой техникой ты никуда не уедешь. Или может мы мало времени проводим на технических тренировках?
– Я не могу больше надавить на ногу, это максимум.
– Максимум Мороз, вот, – он подошёл ко мне и заставил максимально сильно надавить весом на левую ногу, а после заставил сделать высочайший мах и скрутиться. – Неплохо. Сама теперь давай.
