— Он никому его не внушает, — промямлила я, которая ожидала чего-нибудь более презентабельного. — Я конечно не привереда, но это есть не буду.
— И не нужно, — загадочно ответила Лия и полезла в свою сумку. — У меня есть кое-что повкуснее.
Трубецкая стала нашим спасением, поскольку из своего волшебного мешка (по-другому я не могу назвать её сумку) смогла выудить пару пачек лапши быстрого приготовления и несколько килограммов шоколадных конфет.
— Кажется, платье на мне не застегнётся, — весело сказала Татьяна. — Ну и всё равно, главное, что наемся.
Лия тихо открыла дверь купе и осмотрелась по сторонам, проход был чист, после чего махнула Татьяне, и обе ринулись набирать горячую воду для запрещённого угощения.
— Не нравится мне эта затея, — откликнулась с верхней полки Ким. — Аукнется это нам потом, Славянская такого не прощает.
Поскольку никого кроме нас в купе не осталось, я решила спросить у неё:
— А где было лучше, Алис? У Максима Викторовича? Или у Ирины Владимировны?
— А разве есть уже разница? — переспросила она. — Сегодня я здесь, завтра там. Не имеет значения, где хуже, а где лучше — особенно, если ты не хочешь быть не в одном из этих мест.
— Что это значит? — для меня было удивительно слышать что-то подобное от уже состоявшейся, пусть и в юниорах, чемпионки мира.
— То и значит, Каролина. Ты ещё мала, возможно — не поймёшь. Но люди не всегда делают то, что хотят. И чаще всего — моё мнение никого никогда не интересует. Поэтому для меня нет разницы, кататься в «Академии Сияющих» или же в «Школе Серебряного конька».
Кирилл зашёл в нашу комнатушку почти беззвучно, аккуратно становясь рядом с Алисой и протягивая ей шоколад.
— Будешь? — спросил он у неё с какой-то душевной лёгкостью и заботой. Обычно, Трубецкой никогда не делился своими пожитками, но сегодня что-то пошло не так. Хотя вероятней всего, именно Ким оказывала на него такое влияние.
— Я не ем сладкое, — она посмотрела на него каким-то отстранённым взглядом. — И ты это прекрасно знаешь. И просто пытаешься найти повод поговорить со мной.
— А ты этого не хочешь? — она лишь покачала головой. — Просто подумал, что за эти годы в тебе что-то изменилось.
— Прошу, больше не думай — это не твой конёк. И запомни наконец-то, люди не меняются.
— Ты снова превратилась в колючку, — он дотронулся до кончиков её волос, за что получил по рукам. — Поэтому ты мне и нравишься.
Я сделала вид, будто ничего не слышала и уткнулась в книжку. Будь Татьяна сейчас рядом, то Ким явно бы проживала свои последние минуты, уж слишком сильно Тане нравился Кирилл. Однако меня их отношения совершенно не касались, поэтому пусть разбираются самостоятельно.
— Вы не против, если мы с Марком к вам зайдём? — обратился он к нам. — У меня есть гитара.
— Ты играешь?
— Играю, не очень хорошо, но играю.
— Никогда бы не подумала, — удивилась я. — Видимо я слишком плохо тебя знаю.
— У нас всё впереди, Мороз, — он задорно мне подмигнул и рассмеялся, а я встала в лёгкий ступор и покраснела.
— Не заигрывай с ребёнком, — с упрёком сказала Алиса.
— Да шучу я, шучу.
— Знаем мы ваши шуточки, Кирилл Вячеславович, — Лия слегка отодвинула дверь ногой и зашла в купе, оставляя на столе нашу запрещённую еду.
— Как официально, мне даже нравится. А я погляжу, наш новый тренер привлекает детей к запрещённой продукции, Ирина Владимировна будет недовольна.
— Кстати, с чего это ты стала нашим новым тренером? — поинтересовалась Совинькова, зайдя за Трубецкой следом.
— Так получилось, — она села рядом со мной и закинула ногу на ногу. — Больше я не выйду на лёд в составе синхронного катания, — мы с Татьяной переглянулись. — Травма не позволяет мне тренироваться в том режиме, в котором это необходимо для получения медалей чемпионатов. Поэтому мама, — она осеклась и поправила себя, — Ксения Александровна, предложила мне такой выход. Я стану вторым тренером по физической подготовке, а после спокойно закончу университет и приду в Академию с медицинским образованием, а там уже посмотрим.
— Лия… — начала было Татьяна.
— Не стоит, Тань, — она одарила подругу тёплой и понимающей улыбкой. — Я в порядке. Просто теперь мне нужно привыкнуть к новому образу жизни. А это уже не так сложно, как всё предыдущее.
— Так, а ну прекращаем разрезать старые раны, — Кирилл слегка потрепал сестру за плечо и улыбнулся. — Я за гитарой и Марком, и сразу к вам.
— Алиса, — Лия встала и заглянула на вторую полку. — Спускайся, мы на тебя тоже запрещёнку заварили.
— Я вроде бы вас об этом не просила.
— Ким, давай так. У нас затяжное перемирие. Спускайся и поешь.
— Это не еда.
— Могу предложить тебе суп, который не внушает доверия.
— Откажусь.
— Алиса, — обратилась я к ней. — Спустись к нам, поболтаем. Тем более, сейчас ребята придут.
— Из-за этого я ещё меньше хочу оказываться внизу.
Как бы Ким не противилась, но всё-таки, общими усилиями, нам удалось спустить её ко мне на постель и посадить около окна, чтобы не сильно рушить её сказочный потайной мир. Да и голод смог взять верх, поэтому уже через пару минут — лапша испарилась из пластиковой тарелки.
