— Проверю, Бэллард. Но сами подумайте: лейтенант полиции убивает пятерых в баре, а потом еще одного, из собственной команды? Чего ради? Потому что у него… Кстати, а что у него? Игорные долги? Ну, допустим, но с охренительно большой натяжкой.
— Нельзя объяснить, почему люди решаются на убийство других людей. Вы сами это знаете. А если перешел черту, какая разница, скольких ты убил — одного или шестерых?
Она провела взглядом по коридору и увидела, как стоящий у соседней двери мужчина второпях отвел глаза. Несмотря на деловой костюм, мужчина не был похож на юриста. Он был похож на копа.
Как бы ненароком взглянув на Карра, Бэллард сообщила:
— За нами следят. Чернокожий мужчина, крупный, в коричневом костюме, напротив, у двери следующего зала.
— Расслабьтесь, — произнес Карр. — Это мой напарник, Шустрый.
— Вы пришли с напарником?
— Бэллард, я не знаю, чего от вас ждать. Хотел, чтобы все прошло без эксцессов.
— А вчера, на нашем «свидании», он тоже за нами присматривал?
— Точно. Гулял неподалеку.
Бэллард вновь посмотрела на мужчину в коричневом костюме.
— Говорите, шустрый? По виду и не скажешь.
— Его зовут Куинтон Шуст! — рассмеялся Карр. — Потому и Шустрый.
Бэллард кивнула.
— В общем, так, — сказал Карр. — Я приму ваши слова к сведению. Договорились? Как только вернусь, поговорю с лейтенантом. Разузнаю насчет Робинсона и его мобильника. Выясню, как стало известно о ваших звонках. Если ваша догадка подтвердится, я с вами свяжусь и мы обсудим следующий шаг. То есть куда пойти с этой информацией.
— Куда пойти? — переспросила Бэллард. — В окружную прокуратуру. В ОВБСС.
— Ну, не бегите впереди паровоза. Не исключено, что всему найдется разумное объяснение. Для начала разберемся с вашими звонками.
— Да, разберитесь с моими звонками, Карр. И пусть Шустрый гуляет неподалеку. Если не хотите отправиться вслед за моим бывшим напарником.
Бэллард снова встала и, не сказав больше ни слова, направилась к нише с лифтом. По пути она насмешливо отдала честь мужчине в коричневом костюме. Тот покосился на нее, старательно изображая недоумение, хотя в этом уже не было никакого смысла.
В отделении интенсивной терапии, что на третьем этаже медицинского центра Университета Южной Калифорнии, Бэллард ждали новости: хорошие и плохие. Рамона Рамон пришла в себя. Состояние ее стабилизировалось, но она по-прежнему была интубирована и не могла говорить. Судя по тактильным сигналам, она не знала, что с ней случилось и как она оказалась в больнице.
Бэллард разрешили войти в палату. Рамона подняла опухшие веки, и Бэллард впервые заглянула в ее глаза, полные пещерного ужаса. Должно быть, очнувшись, Рамона поняла, в каком кошмарном положении оказалась. Зрелище было тяжкое.
— Рамона, — начала Бэллард, — меня зовут Рене. Я детектив из Управления полиции Лос-Анджелеса. И я найду того, кто вас изувечил.
Положив папку на тумбочку, Бэллард встала у кровати. Рамона отвела взгляд. Видно было, что она нервничает. Правая щека ее оставалась распухшей, и лицо выглядело асимметричным. Бэллард, взяв ее за руку, положила большой палец Рамоны на свою ладонь.
— Теперь вы в безопасности, — сказала она. — Никто не сделает вам больно. Если понимаете мои слова, нажмите большим пальцем мне на ладошку.
Через некоторое время Бэллард ощутила нажатие.
— Что ж, замечательно. Очень хорошо, Рамона. Давайте сделаем так: я буду задавать вам вопросы, требующие ответа «да» или «нет». Если ответ «да», нажмите один раз. Если «нет», дважды. Договорились?
Снова подождав, она почувствовала одно нажатие.
— Отлично. Сестра говорит, вам трудно вспомнить, что с вами случилось. Совсем ничего не помните?
Два нажатия.
— То есть что-то вспоминается?
Одно нажатие.
— Давайте я расскажу, что нам известно. После этого продолжим. Сегодня понедельник. В четверг, поздно вечером, вас нашли на бульваре Санта-Моника, на парковке неподалеку от Хайленд-авеню. В дежурную часть поступил анонимный звонок. Прибыв на место, патрульные поначалу решили, что вы мертвы — так жутко вы выглядели.
Рамона опустила веки. Глаза ее оставались закрытыми, и Бэллард продолжила:
— Когда патрульные ждали «скорую», вы ненадолго пришли в себя. Сказали что-то насчет «Дома вверх дном», а потом снова потеряли сознание. Вот и все улики, с которых мы начали. После этого я побывала у вас в трейлере. Мне сказали, что вас не было пять дней. Думаю, все это время кто-то держал вас в плену. И делал вам очень больно.
Бэллард увидела, как в уголке глаза Рамоны появилась слеза. Сморгнув ее, Рамона посмотрела на Бэллард. Пришло время задавать вопросы.
— Рамона, вы помните «Дом вверх дном»?
Два нажатия.
— Отлично. Как насчет человека, который вас бил? Его помните?
Бэллард ждала, но Рамона не реагировала.
— Это значит, что воспоминания нечеткие?
Одно нажатие.
— Ладно, ничего страшного. Все в порядке. Давайте начнем с самого начала. Помните расу этого человека?
Одно нажатие.
Главное — не задавать наводящих вопросов. Один неверный шаг, и адвокат порвет Рамону в клочья прямо на свидетельской трибуне.
— Хорошо. Я буду перечислять, а вы нажимайте один раз или дважды. Договорились?
