— Нил. Подстроить несчастный случай с ним было даже проще, чем с Роджером. Особенно, когда жертва не ожидает тебя увидеть. Нужно было всего лишь обеспечить диверсию в определенных местах, заманив тем самым нужного человека в нужное место и напугать его. И вот он уже труп. Вернее, человек был случайным. Я не мог предполагать, что именно он пойдет к тому коробу. Впрочем, это не важно. Умер бы кто-то другой — у меня был план работы и с другим составом выживших.
— Дэвид. Он был недалекого ума. Даром, что администратор станции. Неудивительно, что он сошел с ума. Выхватить его одного и подстроить несчастный случай, который указывал бы и на Ламберта, и на Катрину, было делом нехитрым. Я стоял за их спинами, когда отголоски разума в последний раз посетили угасающий мозг Дэвида. И его последние слова настроили их друг против друга, упростив, тем самым, мою задачу.
— Ламберт. Он думал, что убийца — Катрина. И что кроме нее на станции никого нет. Я заманил его в атриум и заблокировал единственный оставшийся выход заранее позаимствованным роботом. Я свел их вместе. А дальше мне оставалось только наблюдать за схваткой. Один из них должен был умереть, и так получилось, что им оказался Ламберт. Мучительная смерть, но он заслужил ее. Слишком много существ он эксплуатировал. Но если бы он победил, я бы медленно его убил. Можно считать, что ему повезло.
— Катрина. Моя любимица. Я предполагал, что она продержится до конца. Такие умирают последними. Да что там говорить, я и сам этому способствовал. Она ближе всего к идеалу. Хрупкая, и вместе с тем прочная. Полная идеалов. Поэтому мне не пришлось ничего делать. Она все сделала сама. Она осознала всю тяжесть преступлений, совершенных во имя выживания. Я просто помог ей сделать правильный выбор быстрее.
— И прежде, чем я сам совершу правильный выбор, я должен рассказать, зачем.