Рогачи, как по мановению волшебной палочки, расступились. Акитар, крепко сжимая мой локоть, провёл меня мимо. Малира, глядя на всех исподлобья, не отставала ни на шаг.
— Мы ещё встретимся! — бросил вслед однорогий Бирман, и слова его догнали меня, впившись в затылок, как проклятие.
— Кто это был? — шепнула через силу стражу, когда тот подбавил ходу, шагая по сумеречным переулкам.
Волнение подутихло, и снова навалилась усталость и физическая, и душевная. Казалось, будто за мной всё ещё крадётся Велорова тень. Преследует, материализовавшись из мыслей и воспоминаний. Таких тёплых, несмотря на обилие в них снега, и таких смертоносных. Наизнанку душу выворачивающих.
— Нам явил себя не кто иной, как Бирман Кагго, — сухо отозвался пустынник вполголоса, задрав голову и вглядываясь вдаль. Рога исполинской статуи Ворта уже виднелись на фоне алого неба. — Его называют королём разбойников и воров всех шести континентов.
Я издала короткий стон.
— Час от часу не легче…
Малира согласно буркнула что-то на незнакомом наречии.
— Думаю, нам лучше помолчать, сиура, — взмахнул рукой пустынник, и воздух вокруг нашей троицы завибрировал, укрывая иллюзией. — По крайней мере, до тех пор, пока не окажемся за городскими воротами.
Удивляться у меня сил не было. За ворота, так за ворота. Быть может, Авар мысленно приказал Акитару выпроводить меня из столицы или сбросить в море. Какая теперь разница?
Всё потеряло смысл. Я и сама, кажется, потерялась.
Окончательно и бесповоротно.
Мы шли не менее получаса. Пересекали улицу за улицей, оставили позади площадь Ворта и дворец. Я безмолвно плелась рядом со скоро шагающим стражем, а рогатая Малли то и дело поглядывала на меня искоса.
Быть может, наслушалась россказней, да боялась, что я и впрямь химеру прямо посреди улицы выпущу?
Вскоре мы втроём брели прочь от городской стены, и Акитар снял пелену иллюзий.
Пологий песчаный берег сменился каменистыми навалами. И когда солнце коснулось воды, напоминая огненный пузырь, вздувшийся на неподвижной глади алого моря, а столица осталась позади, мы оказались у подножия вырубленной прямо в скале лестницы.
— Малли, останься, — велел Акитар.
— Куда мы пришли? — с недоумением глядела я на девушку, резво развернувшуюся спиной к нам и вставшей по стойке смирно, как в карауле.
— Идёмте, сиура, — вместо ответа кивнул мне Акитар, пропуская вперёд. — Подъём много времени не займёт, но когда доберёмся до цели, вам станет легче.
«Легче? Рогатый марш бросок мне устроить решил?» — посмотрела я сперва на пройденный нами от Эр-Аворт путь, а затем и вперёд, на лестницу, вьющуюся узкой лентой средь вылизанных солёными ветрами скал.
— Доверьтесь мне, сиура.
Акитар смотрел строго и вместе с тем тепло. Без намёка на насмешку и лукавство.
Кому теперь в этом черновом мире верить, я не знала. Кажется, даже в самой себе… хотя нет. Особенно в самой себе сомневалась.
Но огонь и впрямь больше не норовил выбраться наружу, расплавив измученное переживаниями нынешнего дня тело, и я занесла ногу над первой, чуть скошенной ступенью.
Быть может, и правда мне просто нужно собраться с духом и пройти этот путь? Пережить всё, оставить в прошлом и подняться как можно выше. Подняться над собой.
Показалось, будто боль в сердце отступила под напором мыслей, но энтузиазма хватило ненадолго.
Несколько десятков неровных ступеней — и икры заломило, дыхание сбилось. От прогретых за день камней шёл жар, а редкие кусты, чудом проросшие средь твёрдой породы, расправляли узкие, жёсткие листочки и готовились раскрыть удушливо пахнущие бутоны цветов.
— Ещё немного, — отозвался позади Акитар, и я поднажала.
Похоже, рогатый был прав, мне становилось легче. По крайней мере сейчас казалось, что заберусь наверх, и ни о чём, кроме ноющих мышц, думать точно не смогу.
— Пришли, — снова подал голос страж.
— Куда, чёрт побери?!
Я сделала ещё несколько тяжёлых шагов и упёрла руки бедра, сложившись пополам и с недоумением оглядываясь.
Горная тропа закончилась, и моим глазам предстала площадь. Иначе назвать огромное пространство, равное паре тройке площадей Ворта, сложенных в одно, и не получалось.
— Это драконья лётная площадка, — пояснил Акитар, встав рядом и привычно заведя руки за спину. — В плавильнях подземных кузен много драконов работает. Пламя этих удивительных существ самое горячее на Иппоре. Вы знали?
— Догадывалась, — коротко ответила я, продолжая оглядываться.
С одной стороны вздымалась отшлифованная временем и ветром скала-стена, оканчивающаяся острыми пиками, как зубчатой короной, а с другой, прямо за обрывом раскинулась бескрайняя морская гладь. Прекрасный вид заслоняли лишь полуразрушенные, но кое-где ещё соединённые друг с другом арками колоны.
Взрытый будто огромным плугом камень был покрыт толстым слоем песка. Из-за рытвин и навалов площадь чертовски напоминала арену для боёв. Поэтому выскочи сейчас из-за полутораметровых буераков когтистый монстр, что оставил такие глубокие ямы, я, кажется, даже не удивилась бы.
