– Я очень рада, что вы не наблевали в мою корзину для бумаг, – нахально заявила Савитри. – По крайней мере, я сама смогу воспользоваться ею для той же цели.
И довольная, что последнее слово осталось за ней, она закрыла дверь, не дав мне возможности сразить ее блестящей репликой.
Такие отношения установились у нас к исходу первого месяца совместной работы. За это время она пришла к выводу, что, несмотря на мое военное прошлое, я не был слепым орудием колониализма. А даже если и был, то у меня все же имелись здравый смысл и какое-никакое чувство юмора. Поняв, что я не собираюсь подчинить своей власти ее деревню, она успокоилась и принялась поддразнивать и подкусывать меня при каждом удобном случае. Такими наши отношения и оставались на протяжении семи лет, и это мне нравилось.
Зная, что все требующиеся документы подготовлены и все насущные проблемы деревни решены, я поступил так, как поступил бы любой в моем положении: задремал. Добро пожаловать в грубый и суматошный мир мирового поверенного (простите за каламбур) колониальной деревни. Возможно, где-то принято вести себя по-другому, но если это так, то я не хочу об этом знать.
Я проснулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Савитри запирает шкафы, собираясь уходить. Помахав ей на прощание, я еще несколько минут посидел неподвижно, а затем оторвал задницу от стула и направился домой. По пути я случайно увидел констебля, идущего мне навстречу по другой стороне дороги. Я подошел и смачно поцеловал местного представителя правоохранительных структур в губы.
– Ты же знаешь, что мне не нравится, когда ты так поступаешь, – сказала Джейн, когда я оторвался от нее.
– Тебе не нравится, когда я тебя целую?
– Когда я нахожусь на работе – не нравится. Это подрывает мой авторитет.
Я улыбнулся, подумав, какое разочарование ждало бы любого злоумышленника, который, глядя на то, как Джейн – в прошлом офицер Специальных сил – целуется со своим мужем, решил бы, что она мягкий или нерешительный человек. Сокрушительный пинок под задницу мгновенно разубедил бы его в этом.
– Извини. Постараюсь впредь не подрывать твой авторитет.
– Спасибо, – серьезным тоном отозвалась Джейн. – Но я все равно шла к тебе, потому что ты мне так и не перезвонил.
– Сегодня я был чертовски занят, – соврал я.
– Савитри подробно рассказала мне о твоих занятиях, когда я звонила второй раз.
– Увы.
– Увы, – согласилась Джейн.
Мы не спеша направились в сторону нашего дома.
– Ну а я хотела предупредить тебя, что завтра ты можешь рассчитывать на визит Гопала Бопарая, который вознамерился узнать, как устроено коммунальное хозяйство. Он снова напился до потери рассудка. И поругался с коровой.
– Плохая карма, – усмехнулся я.
– Корова, наверно, тоже так решила. Она боднула его в грудь и попыталась запихнуть в витрину магазина.
– Го сильно пострадал?
– Отделался царапинами, – успокоила меня Джейн. – Витрина выдавилась. Потому что была не стеклянная, а пластиковая. Не ломается, не бьется и не может порезать осколками.
– Это уже третий раз в этом году. С ним должен разбираться не я, а настоящий судья, наделенный правом казнить и миловать.
– Именно это я ему и сказала. Но он уже отбыл сорок дней принудительных работ в районной тюрьме, а у Шаши через две-три недели подходит срок родов. Какой ни есть, он принесет ей больше пользы, если будет рядом, а не в тюрьме.
– Ладно, – пообещал я, – выясню, что можно для него сделать.
– Как прошел день? – осведомилась Джейн. – Если не считать того, что ты хорошо выспался.
– Этот день прошел под знаком Ченджелпетов, – пожаловался я. – На сей раз с козлами и козами.
Так, болтая о событиях минувшего дня, мы с Джейн шли домой; таким было едва ли не каждое наше возвращение на маленькую ферму, которую мы устроили сразу за пределами деревенской земли. Свернув на ведущую к нам дорогу, мы столкнулись с нашей дочерью Зои. Ее сопровождал Варвар, беспородный пес, который, как всегда, безумно обрадовался нам.
– Он угадал, что вы идете. – Зоя слегка запыхалась. – Рванул вам навстречу. Мне пришлось догонять его бегом.
– Приятно знать, что хоть кто-то без нас скучает, – отозвался я.
Джейн наклонилась и погладила Варвара, который изобразил настоящую бурю восторга. Я чмокнул Зои в щеку.
– К вам приехал гость, – сообщила дочь. – К вам обоим. Объявился у нас около часа назад. Приехал на флотере.
В округе флотеров не было ни у кого: для сельского хозяйства они крайне непрактичны и могли бы сгодиться разве что для пускания окружающим пыли в глаза, причем и в переносном, и в прямом смысле. К счастью, наши односельчане не имели склонности к такому поведению. Я взглянул на Джейн. Она пожала плечами, дескать, я никого не жду.
– И как же он представился? – спросил я.
– Он вообще не представился. Только сказал, что он – старый друг Джона. Я предложила ему позвонить тебе, а он ответил, что с удовольствием подождет.
– Ладно. Скажи хотя бы, как он выглядит, – попросил я.
– Молодой. Вроде как хорошенький.
– Я не думаю, что у меня есть знакомые хорошенькие парни. Ведь это больше по твоей части, юная дочь, верно?
