Последними гостиницу покинули сотрудники, естественно, за исключением Дианы. Из «гостей» остались только Савин и Галка. Юля то и дело ловила себя на мысли, что давно не видела это место таким пустым и тихим. Прежде местные сознательно или подсознательно избегали Медвежьего озера даже летом, единицы приезжали сюда отдохнуть и искупаться, но открытие гостиницы изменило сложившийся порядок, словно сняло некий общественный блок. Оставалось надеяться, что после ее закрытия все вернется на круги своя. Теперь Юля понимала правоту Карпатского, который с самого начала твердил, что здесь не стоит находиться.
Но пока они все были здесь. За окном стемнело, пришло время ритуала, поэтому сейчас Юля стояла перед зеркалом, облачившись в черный балахон и чувствуя себя крайне странно. Она еще не накинула на голову капюшон и иррационально боялась это сделать, словно опасалась, что тогда действительно станет «черным человеком» и это навсегда изменит ее.
– Ты готова? – спросил Влад.
Она повернулась к мужу. Тот тоже надел балахон, только для него он оказался немного короток: край не доставал до пола сантиметров десять, тогда как ей для безопасной ходьбы приходилось его приподнимать. Капюшон Влад тоже не торопился надеть, то ли понимая, то ли просто чувствуя, что ее это нервирует.
– Все будет хорошо, – заверил он, когда Юля только молча покачала головой в ответ. – Все получится. Идем.
Он подтолкнул ее к выходу из комнаты. На лифте Юля наотрез отказалась спускаться, поэтому они дошли до дальней лестницы, чтобы на первом этаже сразу оказаться у двери в подвальное помещение. Там их уже ждали еще четыре черных человека, и только один из них – Соболев – пока не накинул на голову капюшон. Остальных можно было узнать только по росту и комплекции. Рядом, по-прежнему опираясь на трость, топтался Савин с подозрительно припухшим носом.
– Сколько можно вас ждать? – проворчал Соболев, едва заметил их.
– А ты куда-то торопишься? – легко парировал его недовольство Влад. И тут же перехватил инициативу: – Все готовы? Монеты при вас?
Все четверо уверенно кивнули.
– Кинжал при тебе? – спросил Соболев, кажется, только для того, чтобы напомнить Владу, что не он тут главный.
Тот в ответ только тихо хмыкнул и продемонстрировал кинжал, достав его из внутреннего кармана накидки.
– Доставайте и поджигайте свечи, – велел он, возвращая инициативу себе.
Вскоре из внутренних карманов было извлечено пять свечей, и Соболев чиркнул зажигалкой.
– Я думала, ты бросил, – слегка недовольно заметила Кристина, стоявшая с ним рядом.
– А я бросил. Это Слава одолжил, чтобы мы тут в поисках спичек не бегали. Денис, дверь нам подержи.
Савин в ответ недовольно покосился на него, но дверь в подвал открыл, пропуская внутрь процессию в балахонах. Это был тот момент, когда капюшон пришлось накинуть всем, даже Юле.
Влад заходил последним и на секунду задержался рядом с Савиным, чтобы сказать:
– Давай только без самодеятельности, ладно? Иди к себе, запрись на задвижку и сиди тихо, пока кто-нибудь из нас не скажет, что все закончилось.
– Я ничего другого и не планирую, – заверил тот. – А вам удачи.
И он поковылял к своему номеру, а Влад продолжил спуск по лестнице.
Вскоре все шесть участников ритуала стояли у шкафа, кто-то даже успел открыть дверцу. Влад первым достал из кармана медальон и вставил его в углубление. Тот вошел легко и вместе с тем сел в нем крепко.
Один за другим действие повторили и остальные, после чего Влад снова первым уколол палец, слегка поморщившись от неприятного ощущения, и коснулся своего медальона, оставляя на нем кровавый след. Потом он передал кинжал Юле, для ее удобства забрав себе свечу.
Она свою часть ритуала выполнила быстрее, чем могла надеяться. Наверное, ей просто хотелось, чтобы все это поскорее закончилось.
Следом кровавую дань по очереди заплатили Велесов, Соболев и Кристина. Когда дело дошло до последней капли крови и медальона внутри пентаграммы, шестая участница ритуала помедлила.
– Чего же ты? Давай, – подтолкнул ее Влад.
– Да вот застремалась что-то, – призналась Галка. – Мне точно не опасно оставлять здесь свою кровь?
Машина остановилась, но Диана не осознавала этого, пока Игорь не объявил:
– Приехали.
Она вздрогнула, на секунду стиснула сцепленные в замок руки, кивнула и потянулась к ремню безопасности. Конечно, ее пугало то, что предстояло сделать. Диана храбрилась в споре с Карпатским, но ответственность, легшая ей на плечи, давила и сковывала движения. Хотелось все бросить и сбежать, но она не могла подвести тех, кто ей доверился.
Пока Диана возилась с ремнем, Игорь успел не только выбраться из салона, но и обойти машину, чтобы открыть ей дверь. Диана машинально поблагодарила его.
– Мы не одни, – огорошил ее Игорь, едва она оказалась снаружи.
