<p>Кружусь ли я…</p>Кружусь ли я в Москве бурливойС толпой знакомых и друзей,Пойду ли к девушке красивойИ отдохну немного с ней,Несусь ли в поезде курьерскомОт всякой склоки и обидИ в настроенье самом мерзкомИщу простой сердечный быт,Засну ли я во тьме сарая,Где сено есть и петухи,Склоню ли голову, слагаяО жизни грустные стихи,Ищу ль предмет для поклоненьяВ науке старцев и старух, —Нет, не найдет успокоеньяВо мне живущий адский дух!Когда, бесчинствуя повсюду,Смерть разобьет мою судьбу,Тогда я горсткой пепла буду!Но дух мой… вылетит в трубу!Октябрь 1965<p>На вокзале</p>Закатилось солнце за вагоны.Вот еще один безвестный день,Торопливый, радостный, зеленый,Отошел в таинственную тень…Кто-то странный (видимо, не веря,Что поэт из бронзы, неживой)Постоял у памятника в сквере,Позвенел о бронзу головой,Посмотрел на надпись с недоверьемИ ушел, посвистывая, прочь…И опять родимую деревнюВижу я: избушки и деревья,Словно в омут, канувшие в ночь.За старинный плеск ее паромный,За ее пустынные стогаЯ готов безропотно и скромноУмереть от выстрела врага…О вине подумаю, о хлебе,О птенцах, собравшихся в полет,О земле подумаю, о небеИ о том, что все это пройдет.И о том подумаю, что все жеНас кому-то очень будет жаль,И опять, веселый и хороший,Я умчусь в неведомую даль!..<1965><p>О Пушкине</p>Словно зеркало русской стихии, Отстояв назначенье свое,Отразил он всю душу России! И погиб, отражая ее…1965<p>Дуэль</p>Напрасно дуло пистолетаВраждебно целилось в него:Лицо великого поэтаНе выражало ничего!Уже давно, как в Божью милость,Он молча верилВ смертный рок.И сердце Лермонтова билось,Как в дни обыденных тревог.Когда же выстрел грянул мимо(Наверно, врагНе спал всю ночь!),Поэт зевнул невозмутимоИ пистолет отбросил прочь…1965<p>Однажды</p>Однажды Гоголь вышел из каретыНа свежий воздух. Думать было лень.Но он во мгле увидел силуэтыПолузабытых тощих деревень.Он пожалел безрадостное племя,Оплакал детства светлые года,Не смог представить будущее время —И произнес: — Как скучно, господа!1965<p>Приезд Тютчева</p>Он шляпу снял, чтоб поклонитьсяСтаринным русским каланчам…А после дамы всей столицыО нем шептались по ночам.И офицеры в пыльных буркахПотом судили меж равнинО том, как в залах ПетербургаБлистал приезжий дворянин.А он блистал, как сын природы,Играя взглядом и умом,Блистал, как летом блещут воды,Как месяц блещет над холмом!И сны Венеции прекрасной,И грустной родины привет —Все отражалось в слове ясномИ поражало высший свет.1965<p>Из восьмистиший</p>
