Продолжение приключений необычного попаданца, отзывающегося на имя Лев Троцкий и прозвание «Золотой Голос Трансвааля», и его товарищей, аборигенов времени, на театре действий англо-бурской войны. На этот раз невольным героям предстоит, по воле таинственного картографа Кочеткова-Акелы, захватить город, снова действуя не столько силой, сколько смекалкой.В это время давний друг Акелы охотник Алексей Пелевин, которого судьба тоже занесла в Африку, но пока что еще не на войну, продолжает странствия в компании Полины Кастанеди, столь же взбалмошной, сколь же и прекрасной. На этот раз судьба занесет их в заброшенный город и подарит сааме настоящее волшебство.Не останутся без внимания и благородные враги героев – команда капитана Бернхема. Им судьба тоже не предлагает легких путей и простых задач. Но они традиционно не унывают, ведь они не просто воюют – они ЖИВУТ на войне.А впереди – встреча героев. Что она сулит?
©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Автор искренне благодарит: Андрея Рябкова ака General Lee, Елену Яворскую ака Цинни, Александра Кулькина ака Старый Империалист, Александра Ершова ака Зубрилка, Артёма Евстафьева ака Artemidy за помощь в создании книги.
Даешь! Не дошагать нам до победы.
Даешь! Нам не восстать под барабанный бой.
Стая Хищных Птиц
Вместо райских голубиц –
И солдаты не придут с передовой.
«Марш хищных птиц»
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку –
каждый выбирает для себя.
Громоздкие напольные часы гулким боем возвестили о наступлении полдня и, оставаясь равнодушными к монотонно расхаживающему по комнате долговязому бородатому мужчине в длиннополом сюртуке, продолжали отмерять кусочки времени, которые люди называли минутами.
Бородач бросил короткий, нетерпеливый взгляд на циферблат и, игнорируя ироничную усмешку невысокого крепыша, развалившегося в кресле и водрузившего ноги на журнальный столик, вынул из внутреннего кармана пиджака короткую трубку и охлопал карманы в поисках спичек. Справедливо предполагая, что поиски вряд ли увенчаются успехом, крепыш нехотя выбрался из кресла и, небрежно чиркнув длинной шведской спичкой о голенище пыльных сапог, поднес трепещущий огонёк товарищу. Тот, благодарно качнув окладистой бородой, раскурил трубку и с монументальным видом надолго замер напротив окна.
– Якубус! – сочно потянулся крепыш, пронаблюдав полчаса за бородачом, застывшим, словно обелиск перед окном. – Скажите честно: на улице комедианты дают представление или молодые бауэрфрауэн отплясывают доммвелок, задирая юбки выше головы? Давненько за вами слежу и скажу по чести, я уже не могу и представить, какое зрелище заставило вас прилипнуть к окну. Так что же?
– Дом, – не оборачиваясь, скупо обронил бородач. – Люди строят дом, Кристиан. Только представьте, мой друг, вокруг война, а они строят… Счастливцы… И ещё. Не нужно столько официоза, оставим «выканье» дипломатам. Зови меня просто – Коос. Мы не в церкви, да и ты не пастырь, – бородач вдруг запнулся на полуслове и тоскливо взглянул на собеседника. – Да и когда мы еще в церковь-то попадём?
– Служение в храме – для праздничных дней, друг мой, Коос, – с легким надрывом вздохнул Кристиан, – а в беду и на войне надо верить, что Бог с тобой. Просто верить. А что же до остального – как ва… тебе будет угодно, – крепыш покладисто кивнул и вновь плюхнулся в кресло. – Даю голову на отсечение, вы… тьфу, ты! Ты! Ты сейчас думал о своей ферме. Сколько там уже не появлялся?
– В Лихтенбурге-то? – погрузившись на мгновение в радостные воспоминания, скупо улыбнулся Коос. – Почитай с Рождества и не был. А как англичане Старка и его головорезов с цепи спустили, так и вовсе семью в буш перевез. Есть там у меня одно укромное местечко. Пусть заищутся.
– Ну, учитывая, сколько там рабочих рук, смерть от скуки и голода им не грозит, – хмыкнул Кристиан. – Сколько у тебя детей? Десять?
– Двенадцать, – с едва заметной грустью улыбнулся бородач. – Единокровных – двенадцать. А перед самой войной еще шестерых сорванцов усыновили. И впрямь – не соскучатся.
– Ну, такой оравой ты после войны свое хозяйство вмиг восстановишь, – чуть завистливо протянул Кристиан и потянулся к пузатой бутылке, стоящей на краю столика. – Или англичане до него еще не добрались?
