Последняя планета полностью

— Мне показалось очень забавным это имя.

— Ах, вот в чем дело! Ну, как бы там ни было, давай искать Священный Грааль. Зажигай свой леденящий огонь.

— Что значит «леденящий огонь»?

— Неважно. Зажигай его, как я велел.

Она включила маленький ручной фонарик, болтавшийся у нее на поясе. В слабом свете фонаря проступили очертания маленькой комнаты, в углу которой стояли железные ящики. Мариетта открывала ящики один за другим, пока не обнаружила то, что искала — маленькую деревянную коробочку. Та была наполнена белыми таблетками.

— Одной сотни этих таблеток достаточно, чтобы спасти Зилонг! — ее колотило от возбуждения. — Держи меня крепче, Джимми. Когда я представляю себе, что это может дать моему миру… я… начинаю бояться.

Он крепко прижал к себе девушку, поглаживая ее по спине, стараясь унять ее дрожь.

Прикосновения ее мягкого тела было достаточно, чтобы выбить его из колеи. Он чувствовал, как нежная и теплая волна разливается у него в груди. Ему показалось, что внутри у него что-то сломалось. Он хотел эту женщину, он боялся ее, действительно, очень боялся. Боялся и безумно желал ее. Она была стоящей женщиной, если такие вообще бывают.

Прекрасно, может быть, стоит исследовать еще какие-нибудь пещеры. У него дрожали колени. Сегодняшняя ночь предназначена для этого. Я должен опуститься в этот таинственный подземный мир. Прекрасный образ.

Он сжимал ее в объятиях все сильнее и сильнее, покрывая ее поцелуями.

Так вот о чем эта древняя легенда, не так ли? Финн добывает волшебную чашу и загадочную принцессу. Оба священных сосуда.

— Давай выбираться отсюда, пока мы не решили остаться, — бормотал он в ее волосы. Ну что же, поиски Священного Грааля успешно завершились.

Конечно он не решился отнести Маржи к себе. Она пришла сама. Она была так счастлива и благодарна, что готова была исполнить самое безумное его желание. Симус так не хотел.

— Может быть, искупаемся, Джимми? Сейчас, после этого холода подземелья, вода покажется очень теплой.

— Купаться ночью? — в ужасе воскликнул он.

— Но луны уже взошли, — она опять смеялась над ним.

— Я, пожалуй, воздержусь, — вздохнул он. — У нас впереди трудное путешествие.

Она поцеловала Симуса на пороге его комнаты.

— Бригида, Брендан и Мария будут с тобой, мой любимый.

Она в первый раз сказала так.

— Ты перебрала не все имена, — притворно возмутился он.

— Наверное, я не совсем понимаю, чем отличаются Мария и Бригида.

— У моих предков было больше времени, чтобы разобраться в этом вопросе. Ну, все, все. Тебе необходимо выспаться, ступай.

Симус Финбар О’Нейл, последний великий плейбой, уроженец Запада, провалился в сон. Его преследовали злые драконы и демоны, притаившиеся в глубоких холодных пещерах.

Он проснулся от страха. Было еще темно. Почему он испытывал страх и чувство вины?

Потом он вспомнил. Господи, ведь я нарушил Закон. Я не имел права участвовать в политических переворотах. А ведь я сделал это почти не задумываясь! И все из-за нее. Теперь я буду проклят.

Сцена прощания с Ретой и другими ребятами была тяжелой.

Хрупкая Лейтенант была подавлена предстоящим, тем, что ей нужно повторять этот страшный переход назад, в Город.

— Рета, девочка моя, — старался утешить ее Симус. — Через неделю я буду встречать тебя и твоего парня. Мы закатим такую встречу! Только, пожалуйста, побереги свои ноги, ведь я уже не смогу быть рядом и нести тебя на руках. Будь умницей.

Она улыбнулась. О’Нейл наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.

— Я уверен, что у тебя все получится, глупышка! — прошептал он.

Ему тоже было тяжело. Хорошие, все-таки, они ребята.

— Ваши таранцы целуют всех женщин, которых встречают? — холодно поинтересовалась Маржи, когда они следовали в колонне со «штабом».

— Только хорошеньких, моя дорогая, — ответил он.

— Ты считаешь Лейтенанта Рету красивой? — она едва справлялась с собой.

— Честно говоря, нет. Мы всех целуем, — примирительно объяснил Симус. — Однажды мне довелось поцеловать в щеку даже Леди Дейдру.

— Кого? — в ее голосе было раздражение.

О’Нейл буквально примерз к седлу. Да как же у меня сорвалось? Как теперь все это объяснить?

— Да так, ничего важного, — выкручивался он. — То есть, она — особа с высоким положением, что-то вроде религиозного лидера, — признался Симус.

— Она красивая? — сейчас у Мариетты было строгое каменное лицо. Ей это шло.

— Да что ты, нет. Она — старая женщина. Думаю, что и хорошенькой-то никогда не была.

Обед, данный Кцаром в честь их отправления, был таким же трогательным, как и прощальный обед с Эрни и Сэмми.