Последняя планета полностью

Эта женщина никогда не любила тебя. Она плетет интриги, потворствует безумцам и притворяется, что любит. С горьким удовлетворением он заметил, что его сердце наполняется жалостью к самому себе. Зачем жить на свете, если твоя единственная женщина просто хочет заманить тебя в революцию?!

— Хорошо, женщина, я это сделаю. Когда и где? — Это будет самое главное приключение, о котором он поведает своим внукам.

— Поздно ночью. Я зайду за тобой, когда все окончательно прояснится. Это будет легко, — она светилась неподдельной радостью. Потом она рассмеялась и горячо обняла его.

А что? Может быть, она еще не совсем потеряла интерес ко мне? Когда женщины посмеиваются над тобой, значит, еще обожают, верный признак.

И хотя у Маржи был такой вид, словно она бросится сейчас его целовать, Симус О’Нейл уже не терял голову, романтические грезы покинули его. Не вернулись они и несколько часов спустя, когда она тормошила его, и он ощущал тепло ее тела, вдыхал дурманящий аромат ее кожи. Перед ночной вылазкой она скинула свою робу.

— Будет только мешать. Кроме того, все равно темно, и тебе ничего не видно.

— Тем хуже для меня, — громко и печально вздохнул Симус. Его воображение совершило стремительный взлет, и он представил себе ее всю. Старая обида снова напомнила о себе и охладила полет его фантазии.

Кстати, еще неизвестно, что мы оба испытаем, когда добудем это вещество.

Взяв О’Нейла за руку, Мариетта повела его по черному, как смоль, пронизывающему холодом коридору. А они экономят тепло здесь, в Гиперионе. О’Нейл, следуя за девушкой, с нежностью и грустью подумал: какая у нее теплая и нежная рука. И как это славно — ощущать тепло этой руки каждую ночь в постели рядом с ней. Что же смущает меня?

Я скажу, что тебя смущает. Тебе придется терпеть ее язычок и сдерживать свои порывы в дневное время.

Ну и что, и не с таким справлялся. Придет время и, возможно, ты научишься.

Я обречен — это мой рок.

Он перестал спорить с собой.

Маржи, безусловно, знала маршрут. Внезапно они остановились. Она толкнула дверь, которая плавно и бесшумно открылась.

— Стража спит. Я… фу… они так крепко нализались. Никто до этого не пытался выкрасть препарат, ведь официально его не существует, — прошептала ему на ухо Мариетта.

— Пристукнуть для верности?4 — насмешливо поинтересовался Симус.

— Ш-ш-ш, тише, — она потянула на себя крышку люка, за которой скрывалось темное отверстие. — Здесь лестница. Спускайся первым. Будь осторожен, это очень глубоко.

Он был предельно внимателен. Край был железный и очень холодный. Босые ноги едва выдерживали. Из отверстия, в которое они карабкались, сильно пахло морской водой. Возможно, это был подземный морской грот.

Он грустно подумал:

Вот мой последний день Финна Маккула, или Маккона, или Конмакна? Никогда не мог запомнить имен из древней мифологии. Я отправился на поиски Священного Грааля на планету Зилонг. Волшебная чаша — коробка с пилюлями, волшебная принцесса — полусумасшедший заговорщик, а я одинокий, несчастный, замерзший, забытый друзьями…

Она сказала — иди первый. Итак, мне предоставлено право сгинуть в морской пучине, грохочущей внизу.

Поистине, Ланселот дю Лак!

Однако, женщина оказалась совершенно права в одном — путь вниз был бесконечно долог. И когда он, наконец, спустился на каменный пол, его трясло от холода.

— Как я рада, что ничего не было видно, — нервозно сообщила Мариетта. — Я не выношу высоты.

— Ты умрешь здесь от холода в коротеньком корсете, — забеспокоился он.

— Но ведь ты попытаешься согреть меня, — она начала хихикать, постукивая зубами.

— Да, если ты не прекратишь насмехаться надо мной, — гневно заявил он. — Я — Ланселот в поисках Священного Грааля.

Ее хихиканье перешло в еле сдерживаемый смех, а потом в громкий хохот.

— Над чем ты смеешься, несчастная? — потребовал он ответа. — Ты ведь даже не слышала никогда об этом мифе.