Об упоминавшемся в статье 76(b) «свободно выраженном желании» народов подопечных территорий при решении их судьбы убедительно сказал филиппинский представитель: «Филиппинский народ хорошо знаком с так называемыми народными движениями, проводимыми в пользу вечного сохранения иностранного правления под тем предлогом, что оно якобы обеспечит народу более широкую свободу, чем свое собственное правительство, и на всех выборах он решительно отказывался поддерживать лидеров таких движений. Представляется несомненным, что народы всех подопечных территорий, коль скоро они будут в состоянии свободно использовать все свои возможности, потребуют независимости, вместо того чтобы оставаться в вечном подчинении иностранному господству»{21}.
США, например, так организовали «свободное волеизъявление» населения своих подопечных территорий в Тихом океане, что оно не только «отказалось» от независимости и даже самоуправления, но и «выразило» непреодолимое желание войти навечно в состав Соединенных Штатов. Действия США не нашли поддержки даже у большинства членов Совета по опеке.
Поскольку Устав ООН не упоминал о сроках, в течение которых подопечные территории должны были достигнуть самоуправления или независимости, то, естественно, ни в одном индивидуальном соглашении об опеке (кроме соглашения об опеке над Сомали) об этом ничего не говорилось.
Как видим, положение народов подопечных территорий практически не отличалось от положения народов территорий, деликатно называемых в Уставе ООН «несамоуправляющимися», иначе говоря — колоний. Ведь в статье 73(b) государства, «которые несут или принимают на себя ответственность за управление этими территориями», также обязывались «развивать самоуправление». Юридически их положение было хуже того, в котором находились народы подмандатных территорий категории «А», поскольку последние временно признавались независимыми нациями.
Таким образом, система международной опеки мало меняла положение народов колониальных и зависимых стран. Но даже она вызывала недоверие и боязнь колониальных держав, которые поэтому медлили с конкретным ее осуществлением. Лишь энергичным воздействием Советского Союза объясняется принятие Генеральной Ассамблеей ООН решения, призывающего ускорить представление соглашений об опеке.
Согласно пунктам «b» и «с» статьи 77 в систему опеки могли быть включены также территории, отторгнутые от вражеских государств в результате второй мировой войны, и территории, добровольно переданные государствами, ответственными за их управление. Пункт «с» так и остался нереализованным. Что же касается пункта «b», то он был использован лишь в одном случае — для бывшей итальянской колонии Сомали.
Система опеки распространялась на следующие территории: Британский и Французский Камерун, Британское и Французское Того, Танганьику, Руанда-Урунди, Новую Гвинею, Науру, Западное Самоа, острова Тихого океана к северу от экватора (Маршалловы, Марианские и Каролинские), Сомали.
Суть соглашений об опеке над этими территориями заключалась в следующем. В них определялась управляющая власть. Как правило, это было одно государство. Далее перечислялись условия, на которых осуществляется управление. Обычно речь шла о передаче управляющим органам всей полноты административной, законодательной и судебной власти над территорией.
Сходство положения подопечных территорий с положением колоний усиливалось в связи с тем, что в ряде соглашений предусматривалось объединение их с близлежащими колониями. Такого рода пункты содержались, например, в соглашениях для тихоокеанских подопечных территорий США.
Во всех соглашениях провозглашалась гарантия прав и свобод населения. Однако последующие оговорки сводили их на нет.
Статья 76(d) устанавливала принцип «открытых дверей» для подопечных территорий. Однако он прямо нарушался в ряде соглашений. Так, США — ревнители соблюдения этого принципа, когда речь идет о чужих владениях, полностью игнорируют его на своих подопечных территориях в Тихом океане. В пункте 1 статьи 8 соглашения об опеке над Марианскими, Каролинскими и Маршалловыми островами говорится, что физические и юридические лица любого государства — члена ООН пользуются на подопечной территории правами не меньшими, чем физические и юридические лица любого другого государства — члена ООН, за исключением представителей управляющей власти. Более того, пункт 2 статьи 8 запрещал распространение принципа «открытых дверей» на воздушные сообщения других государств с подопечными территориями. «Предоставление таких прав, — указывается в статье, — должно быть особо оговорено в соглашения между управляющей властью и государством, которому принадлежат самолеты».
Если права управляющей власти были сформулированы в соглашениях более или менее определенно, то их обязанности в отношении подопечных территорий формулировались крайне туманно, в самой общей форме.
