Мужчины оказались в расположенной в западном крыле здания квартире, где жил Жакоб. В гостиной потрескивало отопление, от поставленных прямо на пол массивных чугунных батарей шел невыносимый жар. Прежде всего хозяин налил две рюмки водки и одну протянул Вику.
– Жандармы сочли меня сумасшедшим, когда я рассказал им про те четыре книги. Ясное дело, им на это плевать. Они приняли мое заявление, но я уверен, что оно так и лежит у них в ящике. По их мнению, я чересчур много выпил, потерял ключи, упал – о чем тут говорить. Но уж свою библиотеку я знаю назубок. Я никогда не покупал тех книг.
– Вы видели того, кто на вас напал?
– Нет. Это произошло на улице, меня ударили сзади. Должно быть, он где-то оставил машину и дальше добирался пешком. Дорожка вдоль здания была очищена от снега, так что, к сожалению, никаких следов его присутствия не осталось.
– Почему «его»? Это не могла быть женщина?
– Э-э-э… Ну да, правда, только вот я подумал, что мужчина.
– Жандармы забрали книги?
– Как бы не так! Так там и остались, на нижней полке стеллажа.
– Где вы их и обнаружили?
– Нет, они были наверху, рядом с романами про Шерлока Холмса.
– Про Шерлока Холмса…
Вик почувствовал, как у него скрутило желудок. Он был уверен, что Мориарти явился сюда лично, именно он напал на сторожа. Полицейский поднял с нижней полки романы Мирора и бегло пролистал их. На первой странице он заметил штамп «пресс-служба»… Он держал в руках книги, украденные с виллы на побережье Отийского залива.
Вик ничего не понимал. Выходит, Мориарти и есть ограбивший виллу Лин и Жюлиана Морган вор? И он проехал восемьсот километров на юг, чтобы спустя несколько недель привезти сюда эти книги? Для чего? Что он пытался рассказать? Загадать еще одну загадку, чтобы совсем свести Вика с ума? Он повернулся к своему собеседнику:
– Вы их читали? Вы не заметили ничего странного в тексте, между страницами?
– Да. Не смог удержаться. Мне хотелось понять, зачем мне их привезли. Почему именно их? Это само по себе было настоящей загадкой, в духе Конан Дойла. Вообще-то, предпочитаю старых классиков детектива, но Мирор, скажу я вам, – это очень неплохо. И… вы спросили про что-то необычное в этих книгах… В одной из них страница немного испачкана кровью. Видимо, владелец порезался, когда читал.
– В какой книге? Покажите!
Фелисьен Жакоб подошел к стеллажу и снял с него роман «Человек с кладбища».
– Вот в этой… Примерно в середине.
Вик пролистал том и действительно на странице сто семьдесят, в уголке, заметил тонкий красный след и еще один, более расплывчатый, – на следующей. А вдруг нечаянная удача! Или способ отвлечения?
– Дайте пластиковый пакет.
Жакоб повиновался. Вик заботливо завернул книгу. Усевшись в кресло, он залпом проглотил свою водку. Трахею как огнем обожгло.
– Я думаю, на вас напал именно тот человек, которого я ищу. И все случившееся связано с прошлым этого заведения.
Он завладел вниманием Жакоба и сел напротив него, зажав ладони между коленями.
– Вы уже работали здесь в восьмидесятые, и я хотел бы, чтобы вы кое-что вспомнили. Интересующее меня время – с восемьдесят шестого по восемьдесят восьмой год. В этих стенах находились двое мальчишек. Одного звали Энди Мортье, ему было четырнадцать лет, он приехал из Шамбери. Другой, Феликс Дельпьер, на три года моложе, прибыл из Эйон-ле-Вьё. Дельпьер, Мортье – вам эти фамилии о чем-то говорят?
Сторож поскреб подбородок, а потом выставил перед собой свою широченную лапищу.
– Как бы вы хотели, чтобы я вспомнил? Прошло тридцать лет, а мы здесь ежегодно принимали больше двух сотен мальчишек. Перед моими глазами прошли тысячи ребятишек, а вы называете мне какие-то два имени. Что конкретно вы хотите про них узнать?
Вик прекрасно понимал, что Жакоб не прилагает никаких усилий, чтобы вспомнить. Он протянул ему имевшуюся в деле Энди Мортье фотографию. Она была сделана до поступления в интернат. Мальчик улыбался в объектив. Его полные щеки были забрызганы россыпью веснушек. Брови домиком придавали ему вид шута горохового. Все тот же неподвижный взгляд, но в остальном – ничего общего с нынешним сухопарым и мускулистым Джинсоном, с убийцей.
– Я хочу знать все. С кем дружили Дельпьер и Мортье, как себя вели. Как прошли их годы в вашем заведении. Вот это – Мортье. Можете что-нибудь вспомнить?
Вику показалось, что взгляд старого отшельника затуманился. Но Жакоб вернул ему фотографию:
– Нет, ничего…
– А Энди Джинсона узнаете? О нем в последнее время довольно часто говорили в средствах массовой информации.
– А вы что, видите здесь телевизор?
– Энди Мортье – это Энди Джинсон. Он виновен по меньшей мере в восьми произошедших за последние четыре года убийствах молодых женщин. Он увозил их в своем фургоне, насиловал, убивал и закапывал. Что же касается Феликса Дельпьера, он у себя в подвале смастерил манекен, покрытый кожей убитых женщин, которых он расчленял…
Старик явно отреагировал.
