— Продукты в мешке у колонны, товар доставим по назначению, вернемся с караваном завтра вечером, — крышка люка закрылась за Овергоором, заглушив поток ругательств на языке племени Ахо.
Ворон, тем временем, уже спускался по веревке в лифтовую. Едва его ноги коснулись заваленного мусором бетонного пола, как наемник получил сокрушительный удар в челюсть. Не успев встать на ноги Ворон принял еще один удар. На этот раз его саданули ногой в живот.
Наемник откатился в угол и выхватил нож. Напротив него, в промежутке между двумя шахтами лифтов, изготовившись к прыжку, стоял Бруно. Ах, какая сволочь! Значит следил за ними от самого дома Марио!
Ворон переложил нож в леву руку и обвел взглядом лифтовую в поисках арбалета. Бруно, воспользовавшись замешательством противника, попытался нанести новый удар, но Ворон, легко уйдя в сторону, замахнулся ножом, но в последний момент передумал убивать безоружного франка. Наемник лишь имитировал удар, а сам в это время пнул дернувшегося Бруно ногой под коленку.
Тот как подкошенный рухнул на пол и тут же попытался встать. Это было ошибкой! Рукоятка ножа тотчас опустилась ему на темечко.
— Крепче затягивай, ничего, что орет. Вот так нормально, — Ард убрал коленку со спины Бруно.
— Теперь давай отнесем его к нашим друзьям, — Ворон опять полез по веревке вверх.
Крышка люка повернулась и подалась в сторону. Несколькими секундами позже из отверстия под потолком вывалилось что-то тяжелое. Марио подошел к извивающемуся в куче мусора франку.
— Это чтобы вы не скучали, — раздалось сверху. — Разрешаю отвести душу. Только не перестарайтесь.
В ответ Мбеке передернул затвор трофейного автомата.
— Без обид, — Овергоор поспешил задвинуть крышку люка обратно.
Лошади стояли там же, где их и оставили. Ворон раздраженно отшвырнул подвернувшийся ему стебель гигантского хвоща.
Оставлять вот так, без присмотра, доверенный им товар было просто верхом безрассудства. Хорошо, что движимый мыслью отомстить Бруно был один. А если бы их выследил кто-нибудь еще?
Спускаясь в очередное подземелье, Ворон привык оставлять снаружи Эзопа. Наемник никогда его и не привязывал, привыкнув к тому, что эта умная скотина способна сама о себе позаботиться, что Эзоп еще раз и доказал, удрав от Бруно и его дружков еще там в лесу, где наемников пытались зажарить как индеек в день благодарения.
Но на этот-то раз стоило позаботиться о собственных тылах, оставив снаружи того же Арда.
Сказывалось то, что Ворон привык работать в одиночку. Ну не было у него опыта руководства хоть маленьким, но отрядом!
Томительно потянулись часы бесконечного хлюпанья по затопленной чаще. Когда Ард и Ворон, наконец, ступили на твердую землю, они сели на лошадей и поспешили к автобану, ведущему в Роттердам, а за их спиной медленно сомкнулись ветки, скрыв две пары любопытных глаз. Пара их обладателей, на чьем челе при всем желании невозможно было найти печати интеллекта, безо всяких видимых усилий двинулись в обратном направлении. Казалось, они как водомерки скользили по поверхности воды. Не прошло и пары минут, как эта парочка в лохмотьях скрылась из виду.
Роттердам встретил их людской суетой, запахом блинчиков из серой муки грубого помола, мычаньем скотины, не желающей идти на убой, громкими криками спорящих покупателей и торговцев. В общем чего еще можно было ожидать от базара, куда наемники завернули в первую очередь, разу после того, как заплатили въездную пошлину на блокпосте.
С товаром у них не возникло никаких проблем. Оптовый торговец дурью, не задавая лишних вопросов, принял все четыре мешка с травой и исчез в толпе так же внезапно, как и появился.
Проблемы начались у наемников потом, когда никто из известных им караванщиков не согласился отправиться в «Мертвую заводь». Как их только не разубеждал Ворон устами своего напарника, какие только барыши не обещал — все напрасно. Даже самые отчаянные головы, такие как Лейсам Ден Боун даже разговаривать об этом не хотели.
Такое единодушие озадачило Ворона. Не может быть, чтобы эти прожженные бестии верили в старинную легенду, состряпанную прощелыгой Вимом. Тут что-то не то.
Эх, знать бы об этом заранее! Можно было бы просто купить у караванщиков лошадей и повозки, да нанять пяток, другой возниц из местного отребья. Может тогда бы Ворон собрал с богатеев Города глухих если не байеры, действию которых теперь уже никто не доверял, то хотя бы самые редкие и оттого самые дорогие патроны. А может быть стоило прихватить с собой этот «презренный металл» из «Мертвой заводи»? А сколько бы они его оттуда увезли на четырех лошадях? Все равно бы на десять повозок не хватило!
Ворон в отчаянии сел на капот ржавого автомобиля Прежних.
— Хозяин, работа есть? — прогремело сзади, — мы с напарником погрузить-разгрузить товар можем, а я, если что, еще и вместо лошади могу.
Ворон обернулся. Перед ним стояла странная парочка: худощавый белобрысый парень, лет тридцати и громила с квадратными плечами, которому и принадлежал громоподобный голос. Квадратными у него были не только плечи, но и голова.
— Квадрат!
— Я вас знаю, хозяин?
