Дневник Герберта М. читался как увлекательнейший авантюрный роман, но привлекал Петрова отнюдь не сюжетом. На пожелтевших страницах, исписанных сначала поблекшими чернилами, а потом карандашом, крылась разгадка тайны, будоражившей воображение.
Очень скоро Сергей Петров решил стать первооткрывателем нетронутой египетской пирамиды, о существовании которой не знал никто, кроме него. И это было далеко не единственное открытие, ожидавшее его в очень близком и уже вполне обозримом будущем.
По возвращении в Каир Петров первым делом вызвал к себе Сабрину, чтобы выяснить, как идет подготовка к экспедиции.
— Команда набрана, Серджио, — доложила она. — Четверо человек уже на месте. Остальные готовы вылететь по первому звонку. Я не знала, когда ты вернешься, и решила, что собирать всех рано. Проживание восьми человек в отеле стоит недешево.
Петров слегка скривился. После волшебного исцеления он очень бережно относился к своей внешности и старался избегать лишней мимики, чтобы не морщить кожу понапрасну. Он постоянно ощущал свое лицо как нечто чужеродное, похожее на маску.
Маску фараона.
— Разве я не говорил тебе, что можно не считаться с расходами? — недовольно спросил он.
— Дело не только в расходах, — отвечала Сабрина невозмутимо. — Я не хотела собирать всех вместе раньше времени. Окончательное решение за тобой, Серджио. Мы не сдвинемся с места, пока ты не встретишься с участниками лично. И мне надоело отвечать на их бесконечные вопросы.
— Какие? — поинтересовался Петров.
Он сидел за тем самым столом, в котором некогда обнаружил драгоценный дневник. В жизни всегда так бывает. Когда ты долго и неуклонно добиваешься выбранной цели, тебе начинает сопутствовать удача. Ты получаешь все больше маленьких и больших подтверждений того, что находишься на верном пути. В конечном счете подсказки приводят тебя к искомому результату. Как будто могущественная высшая сила берет над тобой руководство и ведет по жизни.
— Вопросы всегда одни и те же, — пожала плечами Сабрина. — Когда начинаем? Куда отправляемся? Что будем искать?
— Говоришь, в Каире сейчас трое? — спросил Петров, машинально переставляя на столе кораблик, имитирующий древнее египетское судно.
— Да, Серджио. Геолог и дайвер, я тебе о них рассказывала. Плюс я и фотограф…
— Кто? Фотограф? Какой фотограф?
— Дима Быков. Посмотри в Интернете, там про него много всякого интересного. Он не просто фотограф, а путешественник. За плечами у него десятка полтора экспедиций в экстремальных условиях. Рекомендации безупречные. Репутация незапятнанная. Нам такой человек пригодится. К тому же Быков — прекрасный аквалангист.
Петров кивнул:
— Я согласен, если ты за него ручаешься, Сабрина. Ты единственная, кому я полностью доверяю.
Она медленно покачала головой и, улыбаясь, заметила:
— Не полностью, Сер… Сергей. Ты никому до конца не доверяешь.
Он с любопытством посмотрел на нее.
— Как тебе удалось выговорить мое настоящее имя? Я его сам уже почти забыл.
— Быков напомнил, — пояснила Сабрина. — Вы ведь соотечественники.
Пришел черед Петрова отрицательно качать головой.
— У меня нет соотечественников. Я сам по себе. — На его лице появилась короткая улыбка, лишь мимолетно тронувшая губы. — Как ты вышла на этого Быкова? Написала — и он примчался? Не зная, сколько ему заплатят и чем ему предстоит заниматься? Не слишком ли он импульсивен для знаменитого путешественника?
— Он был здесь, в Каире, — ответила Сабрина. — И он спас нас, меня и Норму Байкер…
Она вкратце пересказала историю неудавшегося похищения.
Петров уважительно приподнял брови:
— Ого! Мы имеем дело с настоящим Индианой Джонсом! Если только…
— Что? — насторожилась Сабрина.
— Если только нападение не было подстроено с целью втереться к вам в доверие. Распространенный и весьма эффективный способ.
— Но это же просто…
