- Перестань придуряться! - дружелюбно прикрикнул я. - И не строй из меня дворового пса, который будет облаивать прохожих в то время, как ты станешь ковыряться в их нижнем белье... Что же касается предложений разделим сферы влияния. Я беру на себя Росбетон, ты - того же Листика и человека, которому Вартаньян отправил послание...
Жаль, нет прищепки для излишне болтливого языка - набросить бы её во время и защелкнуть. Никогда раньше не замечал за собой проявлений неконтролируемых поступков, как в поведении, так и в беседах, обычно продумывал каждый шаг, анализировал каждое слово. А тут проговорился.
Ромин вцепился в последнюю фразу не хуже дальневосточного клеща по весне.
- Какое послание, с кем убитый его передал, кому именно?
Вопросы посыпались автоматными очередями и все пули ложились только в "десятку". Пришлось полупризнаться.
- Вартаньян попросил мою жену - она рабоает в Росбетоне - отвезти в Москву какой-то конверт. Вот все, что мне пока известно.
- И ты хочешь взвалить это расследование на меня? Шалишь, брат, не получится. Сам допрашивай супругу - хоть на кухне, хоть в постели. Выйдешь на "адресата" - подключусь. И не раньше.
Вообще-то, Славка прав. Зачем ему входить в контакт с женой товарища, вырабатывать у неё чувство доверия, когда я могу это сделать с меньшими затратами времени и с большим успехом? Логика - непрошибаемая, противопоставить ей просто нечего.
- Ладно, порешили. Потроши клятого коммерсанта, выдавливай из него показания. Супругу беру на себя. Точно так же, как и Тимофеича... Когда очередная встреча?
- Только у меня и делов, что ездить в твой Росбетон. Появится новенькое - звякни, номер телефона знаешь. Буду в отлучке - скажи... предположим, звонит брат жены. Буду знать. Годится?
- Подходяще... У меня есть ещё одна просьбишка - пусть в вашей лаборатории освидетельствуют этот древний замок, - подал я Ромину обгоревшую улику.
И снова попал, как петух в ощип. Славка вцепился в болтуна мертвой хваткой: что за замок, откуда, как связан с убийством главного экономиста, где найден, почему обгорел?
Пришлось в очередной раз признаваться, а поскольку обойти стороной Светку невозможно - она опять выступила на передний план, потеснив того же Тимофеича.
- Если бы я тебя не знал почти... с пеленок, наверняка заподозрил бы неладное, - процедил сквозь зубы Ромин. - Больно уж часто засвечивается твоя женушка... Кстати, кем она работает: секретаршей, инженером?
- Главным технологом, - проинформировал я, скопировав скрипучий голос друга. - А это имеет какое-то значение?
- Пока ничего определенного сказать не могу...
Казенный ответ бывшего сослуживца, недовольная гримаса, промелькнувшая на его лице, показали - наше знакомство "с пеленок" не помешало появлению у Славки ещё одной версии. На этот раз сразу с двумя "героями": мной и Светланой.
Спускаясь по лестнице - лифта решил не дожидаться - я столкнулся с мастером вечерней смены. Бледный до синевы, насмерть чем-то перепуганный парнишка прыгал через несколько ступеней.
- Что случилось?
- Плита... сорвалась с крюка... Рабочего... насмерть.
Я не стал спрашивать кого именно - был уверен: убрали Тимофеича. Вбежал в цех и убедился - он. Из-под плиты выглядывают ноги в разношенных туфлях, виднеется клетчатая рубашка.
Как это ни странно, но гибель Тимофеича убедила меня в его непричастности к убийству главного экономиста. Обычный почерк преступников: виновник погиб, уголовное дело есть на кого "списать", можно отправлять в архив, настоящие убийцы спокойно выпивают и закусывают.
Ничего не получится, ребятишки, есть-спать не буду, а выведу вас на чистую воду, посажу за решетку. Теперь уж точно выведу! Если убийство Вартаньяна как-то можно пережить, то ни за что не прощу смерти доброго работяги-матерщиника.
6
Обычно после завершения рабочего дня я захожу за Светланой и мы вместе едем домой. Отужинав и немного передохнув, мне приходится снова навещать предприятие, проверять сторожей - ничего не поделаешь, служба. Когда возвращаюсь, Светка уже спит. Что-что, а поспать она любит, каждую минуту использует для отдыха. Точно так же, как и покушать. Странно, но при подобном образе жизни сопостельница сохранила фигуру пятнадцатилетней девочки.
В этот день около пяти вечера я побродил по территории, прошелся вдоль забора, осматривая внизу возможные подкопы, а наверху - примятые места в нитях колючки. Ни того, ни другого не обнаружил. Исчезновение убийц Варианьяна попрежнему осталось загадкой.
Впрочем, сейчас меня интересовало не только это. Настораживало то, что подобных загадок становилось все больше и больше. Будто случайно потревоженный на склоне горы камень увлек за собой десяток других и все они обрушились на меня. Мысленно перебрал "камни", попытался установить связь между ними. Обгорелый висячий замок никак не стыковался с найденным в сумочке Светки ключом, гибель Тимофеича не укладывалась рядом с подозрительным визитом к Вартаньяну аптечного предпринимателя, загадочное письмо Сурена не вписывалось в откровенные признания подруги.
