Прежде словечко "хозяин" имело иронический подтекст, в послереформенной России возвратило себе истинное значение. В применении ко мне - больно резануло по самолюбию. Ибо если есть хозяин, то имеется принадлежащая ему "вещь", в качестве которой в данном случае выступаю я. Не даром же "хозяева" перебрасываются мной, будто теннистым мячиком... Видите ли, господин Пантелеймонов изволил дать добро...
- Мне кажется, разговор не телефонный... Буду в Москве - загляну...
Вот тебе, самонадеяный типчик, не к тебе еду - по своим делам, надумаю - загляну. Потому что - не раб и не "мячик" - самостоятельный человек, умеющий защитить свое достоинство. Не знаю, так или не так воспринял Волин мой выпад, но показалось - его шопот сделался более громким, в нем появились хриповатые интонации.
- Ожидаю в промежутке между десятью и одинадцатью утра. Запишите адрес офиса...
Как обычно, последнее слово осталось не за мной. Адрес и время - будто приговор, вынесенный невесть за какое преступление...
Сообщение о запланированном посещении столицы Светка восприняла равнодушно. По моему, её волнует только одно: моя мифическая связь с заведующей лабораторией Росбетона, все остальное воспринимается с необычной легкостью.
- Надеюсь, ночевать будешь дома?
Я отделался многозначительной гримасой: дескать, ничего сказать не могу, неизвестно, как сложится обстановка. Поддразнивать ревнивую любовницу стало своеобразным развлечением, скрашивающем скучное существование.
- Как это так, не знаешь? - медленно начала закипать подружка. - Или нашел себе зазнобу в Москве? Учти, сексуальный маньяк, вышибу из квартиры, переселю в твою заплеванную коммуналку... Да я тебе... тебя...
Пришлось сдать назад. Ссориться с сожительницей - все равно, что пилить сук, на котором сидишь. Может, на самом деле, выгнать из теплой постели, заодно - из насиженной квартиры. Потом пожалеет, станет каяться, плакать но тогда встану на дыбы я. И - расплюемся, разбежимся в разные стороные. Как любил образно выражаться бывший мой начальник, попка об попку и - кто дальше отлетит.
- Успокойся, красавица, никуда не денусь - приеду. Пантелеймонов посылает, не смог отказаться... Кстати, напомни номер телефона, по которому ты звонила, выполняя поручение покойного Вартаньяна.
- Зачем тебе? - доставая из сумочки записную книжку, подозрительно спросила Светка. - Не советую совать глупую башку - в момент отрубят...
- Не сделали ещё топор для моей головы, - самонадеяно возразил я, пытаясь загнать поглубже в нору поднявший голову страх. Ибо сам чувствовал - волей-неволей подставляюсь бандитам. - Можешь спать спокойно...
В Москву я приехал в девять утра. Автовокзал забит народом, как ульи пчелами. Женщины с детьми, пенсионеры с хозяйственными сумками, черноголовые южане, молодые сноровистые парни - разместились на лавках, выпивают, закусывают, не спуская глаз с чемоданов и сумок, коробок и узлов. Молоденькие девчонки выразительно покачивают худющими бедрами, выпячивают крохотные грудки - ожидают покупателей своих незрелых прелестей.
Не теряя времени, я купил телефонный жетон и оккупировал одну из будок. Подпирает время - не позже половины одинадцатого нужно быть в офисе "крыши". До этого - "высветить" образ помощника депутата Госдумы. Как это сделать - продумано во время поездки в автобусе.
- Доброе утро. Слушаю вас?
Мелодичный девичий голос будто погладил по натянувшимся нервам. Не даром говорят бизнесмены: найдешь хорошую секретаршу - обеспечишь удачный бизнес. Если театр начинается с вешалки, то любая фирма - с секретарши.
- Мне нужен Василий Васильевич Никаноров.
- Представьтесь, пожалуйста.
А вот этого, милая девонька, делать мне не хочется. Попробую представиться первой попавшейся фамилией, авось, проскочит.
- Николай Степанович Громобоев.
Не тут-то было: не секретарша - железобетонная стена, о которую впору расшибить голову.
- Будьте любезны, господин Громобоев, вкратце изложить цель вашего визита...
Попробуй "изложить" неведомую цель, о которой не имеешь ни малейшего представления. И все же придумал.
- Речь пойдет о приглашении посетить парламент Украины. Я - помощник одного из депутатов.
Нерешительное молчание. С одной стороны, можно подставить босса, с другой - заработать от него выговор. Изворотливая девица быстро нашла проход между Сцилой и Харбидой.
- Господин Никаноров сейчас отсутствует, прошу позвонить по этому телефону после обеда...
Вот и все, что мне удалось добиться. И много, и мало. Самое главное, помощник депутата - лицо не вымышленное, существующее в реальности. Значит, "живет" и его абонентский ящичек на почте, куда Светка опустила таинственное письмо. Для кого именно: помощника или депутата, его хозяина?
Похоже, к великому множеству вопросов прибавился ещё один, может быть, самый основной. Кирпичик из подножия пирамиды, обеспечивающий её устойчивость. Удастся вытащить - пирамида рухнет, обнажив фигуры убийц Вартаньяна и Тимофеича.
