Сейчас, глядя на этот шрам, я вновь вспоминала тот момент, когда тот пульсар толкнул машину на меня и металлическая коряга пробила меня почти насквозь. Тогда мне казалось, что я умру – не от боли, а отчаяния. Это было похоже на бесконечное падение в темноту, где тебя окутывает туман, а ты не можешь найти выхода. Но я выжила. И этот шрам стал тому немым подтверждением. Напоминанием о том, что даже в самых безвыходных ситуациях можно найти путь обратно к свету.
Но вместе с этим шрамом пришло ещё кое-что – уязвимость. Я чувствовала её каждый своим движением, каждым неловким поворотом. Будто моя внутренняя сила, которая прежде казалась мне незыблемой, дала большую трещину. Как бы я ни старалась показать всем вокруг, что могу справиться с чем угодно, внутри всё ещё оставалось это крошечное чувство страха. А вдруг я не оправлюсь до конца? А вдруг этот шрам будет не просто отметиной на моей коже, а постоянным напоминанием о том, что я могу быть слабой? Что моя жизнь слишком хрупка?
Пытаясь отогнать навязчивые мысли, я направилась в душ. Горячая вода всегда помогала мне снять напряжение. Струи воды ударяли по коже, смывая с неё накопившийся за день толстый слой усталости и раздражения. Закрыв глаза, я подставила лицо под поток, давая горячим каплям стекать по плечам и бокам, унося с собой всё ненужное.
От воды кожа начала чесаться ещё сильнее, но это ощущение странным образом приносило облегчение. Я потянулась к полке за мылом, стараясь действовать медленно и без резких движений. Пальцы скользнули по бруску, и его гладкая поверхность сразу же нагрелась от воды. Пена мягко ложилась на кожу, оставляя после себя прохладный след. Я сосредоточилась на каждом движении – аккуратно намыливая руки, плечи, затем осторожно обходя бок. Вода, смешанная с пеной, стекала вниз, смывая с меня не только пыль дня, но и груз накопившихся дней.
Я машинально провела пальцами по рёбрам, следя за тем, как вода стекает по линии шрама.
Я подумала об это с неожиданным для себя спокойствием. Сейчас это уже не казалось чем-то страшным или болезненным. Этот шрам стал частью меня, моего пути.
Закончив с душем, я взяла мягкое полотенце и аккуратно вытерла кожу, стараясь не надавливать на бок. Хоть кости и срослись, а рана затянулась. Повязок больше не было, только мазь, которая теперь должна была помочь ускорить заживление. Я нанесла её тонким слоем, ощущая, как холодное вещество растекается по воспалённой коже, принося лёгкое облегчение.
Вновь глядя на себя в зеркало, я долго раздумывала о том, как изменилось моё тело за последние месяцы. Оно стало тоньше, жилистее, каждое напряжение мышц отдавало болью. Я словно стала собственным призраком. Я и так никогда не могла похвастаться объёмами, а теперь их и подавно нет. Но где-то глубоко внутри теплилась уверенность – я справлюсь. Даже если придётся начать с самых простых вещей, шаг за шагом.
Эта мысль заставила меня отложить полотенце в сторону и быстро натянуть чистую футболку и джинсы. Глубоко вдохнув, я приняла решение – пойти в тренировочный зал. Хотя мне и хотелось побыть одной, в то же время я не хотела сидеть взаперти. Пока Лео и Джесси были в школе, а Роуз и Остин заняты своей работой, я хотя бы просто посмотрю, как тренируются остальные. Посижу на своём «почётном троне», не касаясь никакого оружия. Никакого вреда от этого быть не может.
Лифт мягко остановился на нужном уровне, и я направилась к залу, игнорируя все вопросительные взгляды в мою сторону. Казалось бы, люди должны были привыкнуть, что я приходила сюда почти каждый день, но нет.
– Мэди? – окликнул меня Нолан.
Я резко остановилась и едва слышно пискнула от боли, что пронзила мой бок из-за этого.
– Привет, Нолан, – улыбнулась я, смотря, как мой тренер неспеша подходит ко мне.
– В зале никого нет, – начал он, – и у меня приказ не пускать тебя туда, если он пуст.
Я подняла брови, усмехнувшись, но внутренне напряглась. Меня бесило это до чёртиков.
– Ты серьёзно? – спросила я с лёгкой иронией. – Я что, по-вашему, собираюсь устроить там бойцовский турнир сама с собой?
Нолан хмыкнул, после чего его взгляд стал чересчур серьёзным.
– Маркус, Тео и Айкер шкуру с меня спустят, если узнают, что ты пришла в зал без них, а я не остановил тебя, – сказал он, скрестив руки на груди. – А ты, как я вижу, любишь действовать против правил.
– Правила, – повторила я, делая вид, что обдумываю его слова.
Нолан ещё полминуты сверлил меня взглядом, после чего тяжело вздохнул.
– Ладно, – наконец проговорил он. – Пять минут. И никаких тренировок. Просто посиди.
Я чуть не фыркнула, но удержалась, ограничившись благодарным кивком, и пока на моём лице не расползлась предательская победная улыбка, я обошла его и направилась к залу.
Внутри действительно никого не было. Вероятно, сегодня все отдыхали. Всё было тихо – ни единого звука, кроме моего собственного дыхания и лёгких шагов по резиновому полу.
