Они остались одни в особняке Скамандеров, не желающие, чтобы хоть кто-то знал об их маленькой трагедии. Оба пообещали себе и друг другу, что никто их не разлучит, но появилась проблема: в их собственном доме они оказались вовсе не единственными жильцами.
— Я всё сделал, — сказал Ньют, слегка задыхаясь. — Спрятал палочки, взял фонарь и два оберега… А ты?
Тесей кивнул.
— Укрытие готово. Я камней в ведро набрал — на всякий случай… — Он повертел на пальце отцовский перстень и нахмурился. — Больше не знаю, что нового придумать без магии.
Ньют помолчал.
— Я по гиппогрифам скучаю, — тихо сказал он. — По Гнедому… По Ястребу…
В свете магического фонаря-шара в руках Ньюта было видно, как печально опустились уголки его губ. Тесей поцеловал в макушку.
— Мы ведь никак не могли за ними присматривать. И деньги ещё эти чёртовы нужны постоянно. — Он придирчиво оглядел Ньюта. — Тебе вот уже купить бы новую пижаму, ты почти меня догнал. И другую одежду тоже.
Ньют упрямо дёрнул плечом и обнял шар крепче.
— Я могу твою доносить, только давай лучше низла купим.
Тесей вспомнил, что Ньют как-то во сне перебирал его волосы, словно шерсть шишуги Спотти, которого им тоже пришлось отдать — в Хогвартсе запрещены собаки.
— Ладно, купим.
Слабая улыбка осветила лицо Ньюта, и он залез в «укрытие» — палатку из одеял и мебельных чехлов, которую они соорудили вдвоём ещё прошлым летом, когда мама…
Тесей тряхнул головой, выгоняя из неё грустные воспоминания, и влез следом. Ньют деловито проверял, на месте ли оружие, поднял вопросительно глаза. Тесей положил большой нож рядом с дубинкой и стареньким вредноскопом, хотя, честно говоря, от этого набора большого толку не было.
— Что сегодня почитаем? — спросил Ньют, когда Тесей тщательно закрепил вход.
— Я наугад с полки взял, вроде что-то про оборотней, но не страшное.
Ньют кивнул, поднимая с одеяла потрёпанную книгу и бегло просматривая аннотацию и содержание, чтобы убедиться. Страшилок они не читали.
Это была их первая подобная ночь после возвращения из школы — первая этим летом и десятая, если посчитать ещё прошлый август. Дом резко перестал быть безопасным местом, он перестал быть домом, но и в Хогвартс впервые возвращаться не хотелось. Тесей чувствовал себя неприкаянным, и он знал, что Ньют разделял его эмоции. В отличие от прошлых лет, они сели в купе вместе.
И ехали обратно так же.
В поезде Ньют был бледен, как полотно, а Тесей беспокойно кусал губы, думая, не заметил ли кто чего-нибудь за год — пусть даже их дом стоял на отшибе. Поверили ли соседи вранью?..
Путь через городок и рощу был долог. Оказавшись у ворот, Тесей тронул заржавевший замок, потянулся за ключом — и проснулся. Ньют, сидящий рядом, положил ладонь на его щеку, погладил.
— Я спал, что ли? — хрипло спросил Тесей, ещё плохо отличая реальность от сна. Он приподнялся на подушке.
— Да. И я, но потом…
Тесей понял его без слов. Заскрипели половицы, и Ньют поджал к себе ноги, обняв колени и с ужасом вперившись в тени, мелькавшие перед входом. Одна из них замерла, раздался ехидный призрачный кашель — близкий и словно бы далёкий.
— Это дедушка, — шепнул Тесей и, несмотря на свои слова, поднял нож. — Так кашлял дедушка, помнишь?
— Нет. — Ньют едва двинул губами. Тесей обнял его одной рукой.
— Я говорю: точно дедушка.
Вредноскоп вспыхнул и зачирикал испуганной птицей, опровергая слова. В окна заколотили разом, будто стаи сов рвались к ним в дом. Рядом что-то упало — по звуку, полка сорвалась с креплений, и книги сыпались на кровать с глухим стуком. Ледяной ветер, взявшийся из ниоткуда, зашелестел страницами, проник под полог их убежища, и стало отчётливо видно, что он имеет форму. Призрак завис прямо перед Ньютом, скалясь, протягивая к его лицу руки, и сквозь полупрозрачную голову было видно, как пустые на первый взгляд глазные яблоки призрака разворачиваются зрачками вперёд. Тесей выпрыгнул к нему с амулетом и ножом в руках, замахиваясь.
— Не трогай моего брата! — прошипел он в призрачное лицо. — Не смей!
Призрак смотрел одним глазом на него, а второй быстро вращался в глазнице со звуком игрушечного волшебного волчка — скр-скр-скр. Мгновение — и призрак дёрнулся к Ньюту с потусторонним хохотом, а после пропал, только дохнуло холодом в лицо Тесея, да полог приподнялся, будто невидимой рукой. Тесей бросился к Ньюту — тот сидел ни жив ни мёртв и почти не реагировал на объятие и поцелуи.
Наконец он с трудом разомкнул губы:
— В этом году хуже, чем в прошлом, да?..
— Без разницы, — яростно сказал Тесей. — Никто не посмеет… Ни за что!..
Он задыхался то ли от ужаса, то ли от злости. Ньют шевельнулся в кольце его рук, поднял голову и коснулся губами подбородка.
— Я утром сделаю омлет, — сказал он, будто был уверен, что они доживут до утра. — А чай у нас остался? Кажется, да, — ответил он сам себе. — Только выпечки бы купить.
Тесей посмотрел на него дикими глазами, а потом понял.
— Сходим, — сказал он. — Надо корзины найти только. Хорошо, что яйца и бекон вчера взяли.
