С этого дня начался медленный и спокойный полет «Бегущего –по -Небу», пираты даже в шутку думали перезвать судно в «Ползущего-по-небу», так мелено корабль двигался. Они избегали встреч с другими кораблями, памятуя о каменной болезни, и, это было не сложно сделать, — корабли им по пути просто не попадались. Как-то раз они видели вдали изящный корабль с двумя мачтами, летевший слишком быстро для больного, но, они не узнали его очертаний и не представляли — что это за другой летающий пиратский корабль. Тарп, Тугодум и Страшезлоб научились управлять кораблем малым составом еще во время страшной глистерной бури (хоть о ее названии знал и только один из них), так что, при нормальной погоде лететь втроем для них не составляло особого труда. Когда случались обычные грозы, они привязывали судно к мощным деревьям и пережидали непогоду, не пытаясь сражаться с ней. Поселений на пути не попадалось, потому они поочередно спускались за водой, собирали грибы и дикие овощи, рыбачили, иногда охотились. Чтобы двигаться к Риверрайзу, логично было двигаться по реке, но, река Края была такой извилистой и порой скрытой из виду и не нанесенной на прежние карты, что пиратам приходилось тратить по нескольку дней, чтобы выследить русло реки и законспектировать отрезок реки на карту, или на отдельный листок.
Тугодум прежде не думал, что зарисовывать что-то — это даже увлекательное занятие, особенно если вполне хорошо получается. И, он бы не узнал об этом, если бы не просьба Хита, когда они жили в канализации… Хотелось показать наброски ТиЭль, и он надеялся, что когда-нибудь ему удастся это осуществить. И, каждый раз в душе было щемящее чувство от того, что с Рованом он ими уже не поделится. За время медленного полета трое пиратов больше узнали друг о друге, и, теперь плоскоголовому гоблину значительно больше нравились и Тарп, и Страшезлоб.
Тарп Хаммелхерд всегда был искателем приключений, стремился к ним, даже в детстве, когда был простым пастухом. Уже будучи подростком, он самовольно ушел из деревни, сказав об этом только младшему брату — более спокойному Тендону, который всегда был более усидчивым и творческим, учился делать украшения из кожи и костей. Тарпу повезло, он встретил пиратский корабль и юнца взяли туда матросом. Спустя годы, он многому научился, поработал на разных кораблях, и, навещая родную деревню, уговорил брата, в то время уже профессионально делавшего красивейшие подвески из кожи, отправиться в Нижний город и попробовать заработать там. Вот только, к сожалению, Тендон оказался менее удачливым, и случайно угодил круговорот неприятных событий, связанных с поисками способов создания пылефракса из грозофракса, что стоило ему жизни. Тарп всегда винил себя за случившееся, хоть друзья и убеждали его, что его вины здесь нет никакой.
Страшезлоб был из лесной деревни брогтроллей, и там его всегда считали дуболомом и недотепой, потому что больше всего на свете сильного тролля интересовала эстетическая сторона, а не практическая. И дерево он срубит под особым углом, не думая, что этим попортит структуру, и загон он украсит такими сорняками, от которых ежеобразы чуть не сбегают проч. Поняв, что в деревне он себя не найдет, брогтролль покинул своих и ушел искать другую работу. Ему повстречался хитрый пиратский капитан Грифозуб, обещавший достаток и почтение, а ставший использовать тролля лишь как грубую силу, платя лишь едой и крышей над головой. Благо, потом Страшезлоб встретил капитана получше.
Когда пираты исследовали уже довольно большой отрезок пути, и им начали попадаться на глаза места, которые они видели раньше, пираты решили прерваться и вернуться за капитаном. Пусть до темных колючих лесов они еще и не добрались, но, видя эти горы и кряжи, они понимали, что до них уже не слишком далеко, и что теперь они точно знают как добраться до этого места. Прошло уже больше двух месяцев, — за этот период Прутик должен был восстановить свои физические и духовные силы, и они смогут порадовать его обновлениями на карте.
В день, когда «Бегущий-по-Небу» вернулся в деревню душегубцев (а обратный путь он проделывал уже не «ползком»), судно радостно встречали и капитан Прутик, и Крепышка с братом Хрящиком, и вся деревня, и даже пришедшие ради торгового дня лесные тролли и гоблины сиропщики. Прутик действительно полностью выздоровел, окреп и был полон жизни. Но, к удивлению друзей, он попросил их дать ему отпуск побольше — молодой капитан обручился с Крепышкой, и они собирались пожениться в скором времени.
