Яды, которыми бушмены смачивают свои стрелы, представляют ценные лекарства, и в малах дозах они используются медициной для лечения сердечных заболеваний. Вполне возможно, что фармакопея бушменов содержит и ряд других средств первостепенной важности, и, если этот народ исчезнет, вместе с ним исчезнут и его секреты.
Доктор Ганс Шинц, медик и крупный ботаник, описывает свой эксперимент с одним бушменом, который утверждал, что не боится яда змей и скорпионов. Шинц взял двенадцать скорпионов и посадил их на обнаженное тело бушмена, выбрав наиболее чувствительные места. Скорпионы задрали свои хвосты и стали жалить бушмена, иногда по нескольку раз. Бушмен, казалось, совсем не чувствовал боли. Шинц осмотрел места укусов и не обнаружил никакой опухоли. Бушмен объяснил, что он глотает небольшими дозами яд скорпиона, и поэтому ему не страшны укусы. Таким же образом он может защитить себя от укуса змеи. И Шинц считает, что бушмен говорил правду.
Путешественник Чапмен узнал, что от укусов змей бушмены применяют какое-то ползучее растение, которое они называют эокам. К сожалению, ему не удалось определить, что это за растение. Сначала на месте укуса делается надрез. Затем знахарь пережевывает корень эокама и, оставляя во рту получившуюся кашицу, высасывает кровь из ранки. Вслед за этим больному дают рвотное из семян эокама. «Бушмены, у которых на шее есть кусочек этого корня, смеются над змеями», — писал Чапмен.
Змеиный яд на острие стрелы — страшная штука. Редко кому удается выжить, если этот яд попадает в кровь. Каждое племя бушменов имеет свои ядовитые смеси в зависимости от того, что они могут найти на своих землях. Яд африканской гадюки и кобры имеет необычайную силу. Но и яд паука-землекопа почти так же страшен. Бушмены кунг умеют приготовить из гусеницы такой яд, что лев, раненный отравленной стрелой, начинает грызть землю в предсмертных судорогах. На стенах пещер было обнаружено черное вещество, в котором, возможно, есть мышьяк. Яды, как правило, смешиваются с соком растений, которые сами по себе могут быть и ядовитыми, и неядовитыми. Растительные яды не всегда годятся, так как действуют медленно, но они служат в качестве фиксирующего средства.
Ветками Euphorbia candelabra бушмены отравляют приходящих на водопой антилоп. Для этого основной источник воды отгораживается забором, чтобы животные не могли туда проникнуть. Затем в лужу набрасываются ветки эвфорбии. На поверхности воды образуется ядовитая пена, от которой погибают даже зебры. Мясо отравленных животных неядовито. Интересно отметить, что бушмены далеко не всегда вырезают мясо вокруг раны животного, убитого отравленной стрелой. Некоторые утверждают, что этот кусок — самый приятный на вкус.
Свои стрелы, как и свои яды, бушмены различных племен изготовляют по-разному. В Юго-Западной Африке стрелы чаще всего делают из тростника, а наконечники из кости предпочитают металлическим. По мнению охотников, они дольше сохраняют яд. Наконечники на стрелах делают съемные и носят в отдельной сумке. Ведь бушмены слишком хорошо знают, как велика опасность случайного отравления. Кроме того, цельная стрела может выпасть из раны антилопы, когда она убегает сквозь лесную чащу. А охотник должен быть уверен, что смертельный наконечник прочно засел в теле животного.
Бушмены Юго-Западной Африки знают, что такое стрелы с оперением, но почти не пользуются ими. Они полагаются на свое умение подкрадываться к жертве и стреляют с такого близкого расстояния, что в оперении нет необходимости. Стрелы бушменов — это настоящее произведение искусства, луки же сделаны грубо, хотя и отвечают всем требованиям. Нужно обладать большой силой и ловкостью, чтобы до предела натянуть тетиву, и, когда бушмен выпускает стрелу, она сдирает ему кожу на большом и указательном пальцах. При охоте на антилоп сильно натягивать тетиву нет необходимости. Но нельзя забывать, что бушмены убивают стрелами слонов и других крупных животных. Тут нужно, чтобы стрела глубоко вонзилась в тело. Бушмены могут пробить стрелой доску толщиной в дюйм. В свое время они пробивали насквозь стенки фургонов первых европейских переселенцев, и тем приходилось отрезать отравленные наконечники с внутренней стороны фургона. Однажды стрела бушмена — легкий тростник с каменным наконечником — пробила навылет тело лошади.
Мне доводилось видеть крошечные луки, величиной с человеческий палец. Сделаны они были из рога антилопы. В маленьком колчане хранились стрелы, пропитанные ядом. Бушмен не очень-то охотно расстанется с таким луком. Это не детская игрушка, а грозное оружие — так называемый «любовный лук» бушмена, или его «револьвер». Это оружие он пускает в ход в тех случаях, когда поссорится с кем-нибудь из-за женщины. Обычно он направляет свою смертоносную стрелу в ухо спящего соперника.
