Немцы не сразу поняли нрав бушменов. Губернатор Лейтвейн решил, что из них выйдут хорошие рабочие. В 1895 году, впервые приехав в район, заселенный бушменами кунг, Лейтвейн назначил образованного африканца Йоханнеса Крюгера, который жил в Гротфон-тейне, «вождем бушменов». Крюгер неохотно принял назначение, так как знал, что управлять бушменами будет трудно. Но соглашение было составлено, и он его подписал. «Я говорил губернатору, что бушмены не будут мне подчиняться, тем более что сам я не бушмен, — заявил Крюгер спустя двадцать лет представителям правительства Южно-Африканского Союза. — Он же мне ответил, что, раз я знаю бушменов и их язык, мне нетрудно будет оказывать на них влияние».
Крюгер получал пять фунтов в месяц и должен был поставлять рабочую силу. Он прислал более двухсот бушменов хейкум, но из-за недостатка вельдкоса (диких плодов, кореньев, ягод и трав) они вскоре возвратились обратно в родные места. Когда в этом районе поселились немецкие фермеры, начались настоящие неурядицы. По этому поводу Крюгер сделал заявление южноафриканским властям:
«Бушмен, как правило, имеет одну жену. Он ее очень любит и хорошо к ней относится. Немцы же уводили у бушменов их жен и превращали их в своих наложниц. В районе появилась масса детей смешанной крови. И тогда впервые бушмены начали воровать у немецких фермеров скот. Один бушмен убил немца, который увел у него жену. Полиция и немецкие фермеры стали беспощадно истреблять бушменов».
Незадолго до начала первой мировой войны положение так обострилось, что фон Застрову, начальнику управления округа Гротфонтейн, предложили написать рапорт о возможности истребления или выселения из его округа всех бушменов. Фон Застров, мягкий человек (которого очень не любили фермеры), ответил, что такое предложение не заслуживает внимания. По его мнению, половина всех фермеров округа использует труд бушменов и не сможет вести хозяйство, если бушмены исчезнут. «Надо понять, что люди, кочевавшие всю свою жизнь по вельду и никогда не занимавшиеся тяжелым физическим трудом, не могут сразу расстаться со своими привычками и стать умелыми работниками, — писал фон Застров. — Однако бушмены удивительно быстро научились пахать, управлять волами и выращивать табак. Многие подолгу работают на фермах, и без них не обойтись. Воровством занимаются только те бушмены, которые работали на фермах, а затем вновь вернулись домой. Иногда подобные преступления совершаются ими из мести. Я полагаю, что для бушменов нужно высвободить определенные территории — резервации. При хорошем обращении эти люди могут отказаться от кочевого образа жизни, осядут и будут приносить пользу».
В 1912 году бушмены убили в, округе Гротфонтейн сержанта немецкой полиции Гельфриха. Это привело к дальнейшему кровопролитию. Несмотря на распоряжения фон Застрова, многие фермеры устраивали самочинные расправы, охотясь на бушменов, как на диких зверей. Повторилась та же история, что и в Капской колонии в прошлом веке. Фермеры решили расширить свои владения за счет земель бушменов и начали уничтожать этих первобытных охотников. Бушменские племена были истреблены там почти полностью. Бушменов Юго-Западной Африки от подобной участи спасла, вероятно, первая мировая война. Впоследствии политика в отношении бушменов стала более человечной.
Майор Фрэнк Браунли, чиновник окружного управления в Гротфоктейне, в своем сообщении отмечал, что бушмены перестают испытывать страх перед белыми. Они приходят к источникам и просят табаку у проезжих. Если Браунли выражал желание увидеть вождя бушменов, тот исполнял его просьбу.
Однажды Браунли должен был выслать полицейский патруль, чтобы захватить бушменов, которые убили несколько человек из племени окаванго. Эти люди нанимались работать на фермах и рудниках и теперь возвращались домой, купив на заработанные деньги одежду и бусы. Полиция на верблюдах окружила убийц и доставила их в Гротфонтейн. Это оказались бушмены кунг. Браунли увидел, как отлично они сложены, и послал телеграмму Перингею, директору Кейптаунского музея. Опытный таксидермист, Джеймс Друри сделал гипсовые слепки, которые были затем выставлены в музее. Тысячи людей подолгу рассматривали эти изумительные фигуры, но вряд ли кто-нибудь из них мог предположить, что натурщиками Друри были убийцы.
Одним из актов милосердия по отношению к бушменам со времени образования Южно-Африканского Союза было принятие оговорки, которая давала тюремным властям право освобождать бушменов, если они в очень плохом состоянии. В тюрьме маленькие выносливые охотники нередко чахнут и умирают. Для многих бушменов шестимесячное заключение равнозначно смертному приговору.
Работники юстиции отмечали, что по своей природе бушмены очень правдивы. По законам пустыни мать-бушменка обычно убивает новорожденного, если он появляется вскоре после предыдущего. Такие преступники и до сих пор предстают перед судом, но судьи относятся к ним снисходительно. Приведу небольшой диалог, взятый из судебного протокола.
