В 1936 году политика коллективной безопасности, которая проводилась через Лигу Наций, сменилась периодом подготовки к близкой войне. Но вооруженным силам Британии был нанесен существенный ущерб, в особенности это коснулось авиации и военно-морско-го флота. Наша тяжелая индустрия переживала не лучшие времена, хотя это была та отрасль промышленности, от которой зависело наше выживание. Ранее руководители Адмиралтейства, выдавая заказы могли быть уверены, что их выполнят с надлежащим качеством квалифицированные рабочие. Но 15-летнюю медленную деградацию нельзя было остановить простым вложением денег, тяжело больную индустрию нельзя было излечить с помощью политической паники. Невозможно было сразу же поднять и уровень боевой подготовки, ведь в течение долгого времени учебные части армии и флота переживали тяжелое время, постепенно деградируя.
В это время нацисты в Германии усиливались, проводя политику перевооружения, которая стала национальным лекарством от безработицы. Эти мероприятия проводились в условиях полной секретности и сопровождались декларациями о мире и отсутствии агрессивных намерений, что находило благоприятный отклику наших лидеров-пацифистов, которые верили, что это и есть истинный курс Германии. Предупреждения У.Черчилля не были услышаны.
В это же время фашизм набрал силу в Италии. Бенито Муссолини мечтал о создании великой империи и вскоре начал войну против Абиссинии, члена Лиги наций. Это вызвало реакцию Британской империи и Франции, которые приняли решение совместно противостоять агрессии.
Итальянцы всегда строили прекрасные корабли, правда, сражались они гораздо хуже, чем строили и у моряков нашего, хотя и сильно сократившегося, флота не было никаких иллюзий по поводу качества новой угрозы.
Но вместо активных действий подписали пакт Хора-Лаваля и ввели весьма робкие санкции, которые не прекратили поставки нефти в Италию. Диктаторам стало ясно, что они могут делать все, что угодно. Кроме того, усилились изоляционистские тенденции в Соединенных Штатах Америки.
Амбиции Гитлера привели его от вторжения в Судетскую область, к аннексии Австрии и Чехословакии, затем последовали угрозы в сторону Польши. Как великая держава, мы должны были испытать чувство национального унижения от этих беспрецедентных поступков. Ожидания тех, кто верил в Лигу Наций, оказались подорванными. Введенный в заблуждение электорат осознал реальную ситуацию, но было уже слишком поздно. Передышка, полученная после переговоров между Гитлером и Чемберленом в Мюнхене и Бертесгатене, позволила выделить целый год на полномасштабную подготовку к неизбежной войне, поводом к которой стали агрессивные намерения по отношению к Польше.
