Четыре десятка сильных, опытных воинов из клана Безмолвного Крика улыбнулись ему как родному, от чего даже жутко стало. Высокий жилистый демон с раскосыми черными глазами и волной блестящих каштановых волос держал у горла Юки лезвие ятагана, вцепившись другой рукой в его русую шевелюру. Но в глазах медиума не было страха, только бессильная ярость, хоть он и старался выглядеть спокойным. Зато при виде острой кромки лезвия у белого горла страшно стало Корину.
Виар перевел на колдуна торжествующий взгляд и издевательски протянул:
— А вот и наш колдунишка! Я рад знакомству с легендарным Ково, жаль, что оно будет недолгим. Где, кстати, демон из клана Ходящих?
— Откуда ты знаешь? — потрясенно выдохнул заклинатель.
— Тринис знает, где ты живешь. И защиту от шпионов нужно добросовестнее ставить.
Корин, наконец, сумел справиться со своими эмоциями, и, ехидно улыбнувшись, сообщил:
— Добросовестнее надо шпионов выбирать! Даниэс умер, а вам не сообщили.
— Умер? — темные брови Виара жалостливо приподнялись — Какая утрата! Сочувствую, заклинатель, трудно потерять все в один миг. Берта, ангел, оба медиума, и жизнь еще…
Юки как на замедленной пленке видел, как светлые брови колдуна сползаются к переносице, как рука плавно тянется к поясу с ножнами, и в тот жемиг ощутил, что острое лезвие сильнее прижалось к его горлу.
— Медиума ты не убьешь. — фыркнул заклинатель — Он тебе живым нужен.
Виар пожал плечами и плавно перевел лезвие вверх по щеке парня, остановив возле глаза:
— Ты прав, не убью. Но и калечить мне его никто не запрещал.
Корин остановился, глазами побитой собакивзирая на плененного медиума, рука плетью упала вдоль тела. Он говорил ему, что защитит, обещал, что рядом с ним Юки ничто не угрожает. И вот не смог, не защитил.
— Что будешь делать? Ничего? Как скучно. — Виар демонстративно зевнул и, повернувшись к одному из своих прихвостней, приказал — Убей.
Колдун даже не пошевелился, когда против него вышел большой мускулистый демон, вооруженный до зубов, не уклонился, когда тяжелый кулак врезался в челюсть, откидывая его на добрых три метра, только поднялся и вытер рукавом кровь с разбитой губы.
— Хозяин, не интересно. — пробасил демон — Избиение младенцев какое-то.
— До чего же ты дожил, Ково, если тебя даже убивать не интересно? — издевался Виар — Не интересно, но надо. А то всю свою ведьмину свору приведешь по мою душу.
Юки хотелось закричать, чтобы он не стоял столбом, когда его убивать собрались, заставить его защищать свою жизнь, но он молчал, кусая губы, понимал, что может сделать только хуже.
— Страшно? — склонившись, прошептал ему на ухо Виар — Не бойся. Если будешь меня слушаться, я тебя не трону.
— Да пошел ты! — тихо послал его медиум звенящим от злости голосом.
— Какой строптивый! — восхитился демон — Я рад. Буду перевоспитывать. Дик!
Упомянутый Дик вытащил кинжал и всадил его в грудь несопротивляющегося Корина. Юки онемел от ужаса, глядя, как колдун всхлипнул, захлебнулся кровью, пошедшей изо рта, и упал. Демон склонился, пощупал пульс на шее заклинателя и вынес вердикт:
— Сдох.
— Вот и славно. — ответил Виар, убирая ятаган от лица пленника.
И Юки потащили в алый свет портала. Он, разумеется, сопротивлялся, бил руками и ногами, даже ругался на чем свет стоит, к удовольствию демонов. Они сочли его забавным человечком.
Легкие женские пальчики распутывали длинные пепельные волосы прядь за прядью, осторожно, чтобы не повредить и не запутать их еще сильнее. Хозяин каждый раз возвращался с такой паклей на голове, что демонице хотелось выть, глядя на это безобразие, вспоминая, что уходил он с туго заплетенной косой длинной аж до самых колен. Но, как говориться, после драки кулаками не машут, что сделано, то сделано, и рабыня, молча бралась за гребень, прядь за прядью приводя в порядок роскошную пепельную косу, толще ее руки. Заклинатель специально не стриг волос, привязывая к своей косе металлические шарики с шипами и умело используя это богатство в бою, поэтому, рабыне было поручено заботится о каждом волоске, она и заботилась, в тайне мечтая побрить Элиора налысо. К ее счастью, он о ее мечтах не знал.
Элиор очень устал, раненое плечо болезненно дергало под плотной повязкой, однако, не помешало ему задремать, уткнувшись лбом в стол. Подчиненная демоница была этому даже рада, никто не торопил ее и не ворчал по поводу отсутствия у нее рук и наличия грабель. Но и этой идиллии суждено было закончиться, когда дверь открылась от смачного пинка девичьей ножки. Анна собственной персоной, сестра заклинателя, по-хозяйски прошла в комнату и уселась на тот же стол. Эли, разумеется, проснулся и воззрился на родственницу мученическим взглядом. Девушку это ни капли не смутило, она обиженно уставилась на братца и надула пухлые губы:
— Где был?
— Гулял. — буркнул парень — Слезь со стола.
— Не слезу. — Анна заболтала ногами, затянутыми в прочные штаны из мягкой кожи — И я вижу, что ты… гулял. — она выразительно указала глазами на его перевязанное плечо, бинты уже окрасились кровью — Без меня!
Эли страдальчески закатил глаза к потолку:
