Ниас отреагировал быстро. Схватив Юки за руку, он затолкал его себе за спину. Тот нисколько не возражал, ведь ангел настоящий воин, а он, Юки, только и может, что быстро бегать.
— А ты, значит, как настоящий шакал возвращаешься туда, где оставил тухнуть мясо? — громко съязвил черноволосый.
— Я думал, это твоя драгоценная бабулька, а ты ее мясом величаешь. — хмыкнули в ответ.
Юки смутно понял, что это не Виар, у этого существа была совсем другая энергетика, но молчал и не шевелился. Ноги просто отказывались двигаться, словно паралич напал. Противник был сильнее всех ранее виденных им существ.
— Мне совершенно плевать, что ты там думал. — ответил ангел, делая плавный шаг хищника в сторону ванной комнаты.
Он стоял лицом к старой чугунной ванне и смотрел на собственноручно убитую старушку. Улыбка не сходила с тонких волевых губ. Словно почувствовав приближение ангела, он неспешно обернулся, смерил Ниаса пренебрежительно-насмешливым взглядом:
— Молодец, ты свое дело сделал: выманил Икинтара. Теперь можешь проваливать.
— Вот уж спасибо! — издевательски протянул Ниас — Но я, пожалуй, останусь. Хочу, понимаешь ли, посмотреть, кто ты такой.
Виар запрокинул голову и звонко расхохотался, только смех этот совсем не казался Никите веселым. У парня по спине пробежали ледяные иголочки страха.
— Тебя обмануть сложнее, чем демонов, колдунов и даже одного сопливого демиурга. Это, наверное, потому, что ты мертв.
— А может, потому, что врешь ты плохо? — вернул Ниас той же монетой.
— Вру я очень хорошо, это мое призвание. — моментально вызверился Лжевиар — И хватит уже бессмысленного трепа, отойди в сторону. Я уже сказал, что ты мне не нужен.
— Угу. Только пятку почешу.
— Ну, как хочешь. — пожал плечами фальшивый демон и бросился на ангела.
Ниас прыгнул вперед, перехватив противника, только вот он растаял клочком тумана в ангельских руках. За спиной глухо вскрикнул Юки и, резко обернувшись, ангел не увидел никого. Демиурга похитили прямо у него из-под носа.
— Кто ты такой? — Никита разглядывал совершенно незнакомого ему человека. Или же не человека.
Среднего роста худой молодой человек резко отличался от всех, кого демиургу доводилось встречать ранее. Распущенные прямые волосы до самой поясницы были белыми или же седыми, Юки не знал, и сильно контрастировали со смуглой кожей. Одежда похитителя чем-то напоминала средневековую: короткая темная куртка была похожа на камзол со стоячим воротником, обтягивающие короткие брюки из замши и высокие кожаные сапоги со шнуровкой. Подошву Юки оценил особенно, поскольку она была тонкой, мягкой, но прочной. В современном человеческом мире такую обувь днем с огнем не сыскать. Незнакомец стоял к нему боком, потому лица Никита не видел.
— Не догадываешься? — Гидаэль обернулся и с усмешкой посмотрел на Юки.
Глаза беловолосого были похожи на жидкий металл и не имели ни зрачка, ни белка, ни радужки. И губы его кривились так, будто изо всех сил пытались сложиться в добродушную улыбку, а выходила гримаса.
— А должен? — нервно хмыкнул Юки — Чувак, я тебя впервые вижу! И лучше бы вообще никогда не видел.
— Не очень-то ты почтителен к старшему брату! — хмыкнул бог.
Юки остолбенел, с губ слетело только недоуменное:
— Что, прости?
— Что слышал, братик! — зло оскалился беловолосый — Да, наша общая матушка была той еще шлюхой. От какого-то залетного дракона прижила Рафиэль, нашу старшую сестричку, потом нагуляла меня от Атиэля, бога иллюзий, покровителя воров и мошенников, а потом тебя от демиурга.
— Но… если ты мой брат… — Никита с трудом мог собрать мысли воедино, картинка происходящего никак не желала складываться в его голове — Зачем ты похитил меня?
— Чтобы мне никто не помешал тебя убить, разумеется. — ответил Гидаэль, улыбаясь. Он наслаждался каждым моментом происходящего, недоумение и шок младшего брата был сродни эйфории для него.
— За что? Что я тебе сделал?
— Я, рожденный от бога и богини, получивший только способности отца, был брошен матерью, отдан в семью отца! Я младший сын, младшее божество! — разгневанно выкрикнул бог — Ты же получил способности и бога и демиурга. И при этом рос совсем в другой обстановке. Согласись, это несправедливо.
— Несправедливо? — дрожащим от негодования голосом произнес Юки — Я не видел ни матери, ни отца. Я даже не знаю, как они выглядят. И жил среди людей, каждую минуту думая, что я урод, потому, что не похож на них! Да, это не справедливо!
Гидаэль одним размытым движением оказался рядом с братом и сгреб его за грудки:
— Заткнись! Заткнись, мелкий гаденыш! Тебе суждено творить миры, а мне — так и остаться ничтожным младшим божеством! Я убью тебя!
— Убьешь? — Юки не отвел взгляда от разъяренных глаз старшего брата — И что это изменит? Миры творить ты все равно не сможешь. Тогда что ты получишь от моей смерти?
