— Как я могу успокоиться, когда меня всю трясет от злости. Я готова разорвать ее как эти бумаги. Сегодня черный паук, завтра питон, а потом что? О Боже! Мне даже страшно представить. А если ей взбредет в голову покрасить подъезд в черный цвет и обвешать этими тварями?
— С чего бы это?
— Просто так. Назло мне. Ты бы видел ее сегодня. Вся такая довольная.
— Ты что боишься ее? — Робко спрашивает Саид глядя из под тешка.
— А как ты думаешь? Я опасаясь ее подлости. Но если бы у меня была возможность, то не знаю, чтобы с ней сделала.
— Но у тебя нет такой возможности.
Ровным счетом Саиду наплевать на ее опасения. Он боится раскрытия своего секрета.
— А почему ты ей сказал? — Вдруг спрашивает Зайтун чувствуя хладнокровность.
— Ну всё, начинается. Ты хочешь скандала? Или быть может не смогла ответить ей и теперь собираешься выводить злость на мне.
— Ничего подобного, — отвечает она опускаясь на кресло. Руки падают на клавиатуру и вырывается тяжелый выдох.
— Я понимаю, ты тут ни при чем. Если бы она была нормальным человеком, то не стала бы так издеваться.
Саид смотрит на экран компьютера притворяясь, что ему все равно, однако в душе начинает ликовать.
— Вот и отлично. А сейчас лучше постарайся забыть про нее и сосредоточься на работе. Скоро срок сдачи отчетов.
— Я помню. Но я боюсь возвращаться домой.
— Это не новость, ты вечно чего-то боишься.
— И что мне делать?
— Просто успокоиться и взять себя в руки.
Зайтун вникает в смысл "взять себя в руки", но как это сделать ей довольно трудно понять.
— А если я не смогу?
— Придётся ночевать на работе.
— Не смешно.
И действительно шутка прозвучала язвительно. Открывает первую папку и пытается отвлечься работой. Однако глаза никак не могут забыть черную лохматую тварь. Такую подлость не совершают просто так, — размышляет она, — и здесь точно есть подводные камни. — Может я чем-то обидела ее? Тогда нужно спросить на прямую.
Щека начинает пылать от мысли прямого контакта и она отвечает себе. — Нет ни за что. Достаточно с меня и одного приступа. Пусть попробует только, в этот раз я приму крайние меры.
— Может тебя проводить?
Саид изумленно смотрит на Зайтун и думает, — когда она так осмелела, — но не успевает открыть рот, как KIA трогается с места.
Зайтун уверенно крутит руль и поворачивает на кольцевую. Проезжает его и ослабляет сцепление. Она всё-таки решила покончить с неуверенностью, поговорив на прямую с безбашенной соседкой. Подъезжает к дому и вдруг вспоминает.
— Примерка платья!
Зайнаб уже полчаса ждет дочь в салоне. Её перешитое платье превратилось из свободных мешков восьмидесятых в силуэт сексапильной русалки двух тысяча двадцатьпервого.
— На Зайтун должно сидеть отлично.
И тут звонит телефон.
— Ну где тебя носит?
— Извини мама, совсем вылетело из головы.
Зайнаб не успевает сделать замечание, как Зайтун перебивает её.
— Но если бы ты знала что сегодня случилось. Не жди меня, я сегодня не приеду.
— Что стряслось на этот раз?
— Потом мама, всё потом.
Выходит с машины, направляется к лифту и нажимает на кнопку. Её лицо обретает серьезный почти суровый вид. Кулаки соседки ей не страшны, она боится совсем другого и об этом другом Хумо точно знает. Двери лифта открываются Зайтун оглядывается по сторонам не подложила ли эта стерва очередную подлость. Подходит к двери и нажимает на звонок. Она полна решимости дать отпор и даже готова к борьбе, но странно ни кто не подходит. Бьёт ладонью по двери на сколько хватает сил, всё равно тишина.
— Да где же она? Хумо открой, надо поговорить!
Прислоняет ухо к двери и прислушивается. За дверью по-прежнему мертвая тишина.
В "Гулхан" Саид встречает Хумо.
— Зачем ты меня позвал?
Она не догадывается о буре, которая накипела в сознание соперницы. Саид поспешно отвечает.
— Надо поговорить о Зайтун.
И Хумо подниматься с места.
— Что лохушка послала папочку поругать меня?
— Это не смешно. Ты могла убить ее. Ты хоть знаешь что она в детстве перенесла сердечный приступ.
— Да чтоб она сдохла. Хумо поворачивается собираясь, уходит, но Саид опережает её и взяв за руку ласково возвращает.
— Ты неправильно меня поняла.
— Я не дура и вижу как ты думаешь о ней.
— Клянусь мне наплевать на неё, как на женщину, я просто волнуюсь за неё как за человека. Всё-таки три года были вместе.
— Может ещё начнёшь рассказывать сопливую историю любви. Я кажется тебе сказала, выбирай или я, или она.
— Но я не могу вот так сразу.
— Тогда твоей лохушке конец.
— Нет, постой. Я определился и выбрал тебя.
Хумо обратно садится на место и выпивает газированную воду.
— Когда ты ей скажешь?!
— Завтра.
— И только посмей обмануть меня.
— Я же поклялся.
— Знаю я твои клятвы… — но замолкает и краем глаз смотрит на соседний столик.
— Чёртов журналюга, оказался позади. Улыбайся и прекрати ломать пальцы.
Саид осторожно оборачивается, чтобы поглядеть и спрашивает.
— Ты его знаешь?
— Видались. Ты что отпустил свою лохушку одну домой?
— Она вовсе не лохушка и по всей видимости хочет поговорить с тобой.
— Вот как?
Хумо улыбается притворно, но продолжает спрашивать.
— И о чём же?
— Сама посуди.
— Я не хочу и думать о ней. А поговорить так я поговорю.
