Когда мы вошли, застали всех троих — графа с графиней и Ники. Её родители точь-в-точь походили на свои картины (или картины походили на них?) — Жан Арман Франсуа де Сант-Альбан оказался высок ростом, сух и желчен; Анна-Мария Элизабет, его супруга — добродушна и снисходительна, в свои пятьдесят выглядела разве что на сорок. Я ощутил их взгляды — и несомненное презрение, которое они почти и не пытались скрыть. Пусть я хоть трижды миллионер, но — не аристократ ни в каком месте.
— Мама, папа, это — Брюс, я рассказывала, это — София. Сейчас буду! — чмокнула обоих в щёку (мне показалось, что граф хотел отстраниться) и вихрем умчалась на второй этаж.
— Брюс Деверо, — я изобразил нечто большее, нежели кивок, но меньшее, нежели поклон. Граф не стал подавать руки (ещё чего!), но вежливо кивнул в ответ. Графиня улыбнулась и тоже кивнула.
— Вы родом из Америки, Брюс?
— Нет, ваша светлость, я родился и вырос в Галлии. Все мои предки жили здесь.
Мне показалось, или взгляды обоих потеплели?
— Разрешите представить, — я взял Софию за руку, — София Лоренцо, главный консультант моей компании.
— Рад знакомству, мадемуазель София, — граф улыбнулся ей куда теплее, чем мне. — В какой области вы консультируете?
— Информационные технологии, — тут же отозвалась София. Я заметил, что она так и держит компьютер в руке.
Граф кивнул одобрительно.
— Анна рассказывала о вас, мадемуазель, — графиня подошла к Софии. — Я очень, очень рада знакомству. Не откажетесь прогуляться со мной?
Софи протянула мне компьютер, улыбнулась (в её глазах блеснули ехидные огоньки) и проследовала за графиней. Когда она успела переодеться в зелёное платье? Я не заметил.
Граф молча указал мне рукой в сторону столовой. Там на столе уже стояли бутылки с вином и два бокала. Я решил не тратить слова понапрасну и уселся напротив графа. Тут же появился Шарль де Сант-Ферран, открыл бутылку и налил нам обоим. Только два бокала. Граф заранее знал, что мы с ним будем вдвоём?
— Ваше здоровье, — он поднял бокал, отпил немного. Я решил, по мере сил, вести себя естественно. Нет смысла имитировать знание того, чего у меня нет. Проще говоря, я кивнул ему и отпил из своего бокала. Чудесное вино. Мне не нужно было смотреть на этикетку, чтобы понять, что вино родом из Сант-Альбан.
— Я читал о вас, Брюс, — граф побарабанил пальцами по столу. — Не стану скрывать, я наводил о вас справки в самых разных департаментах. Мы очень беспокоимся об Ирэн.
Тут до меня дошло, что графиня под «Анной» имела в виду Ники. «Отец хотел назвать меня Ирэн, мама — Анной…»
— Я тоже беспокоюсь за неё, ваша светлость.
— Да, я уверен, она показала себя во всём блеске, — граф не улыбался. — Я надеюсь, вы понимаете меня как отца, Брюс. Ирэн уже взрослая, но постоянно выкидывает такое, что за ней нужен глаз да глаз.
Я кивнул. Это точно. Правда, я подумал о другом — о том, чего графу лучше не знать.
— Я не хотел показаться невежливым, Брюс. Я знаю о вас всё. Ирэн сказала, что вы сделали ей предложение, это так?
— Да, — я ответил прежде, чем подумал.
— Мы придерживаемся определённых традиций, Брюс. Мы не дадим благословения на ваш брак. Я хочу быть предельно откровенным.
Я просто смотрел в его глаза, без эмоций. Теперь мне было и смешно, и грустно.
— Вы сильный человек, Брюс, — граф поднял руку, и вновь возник Шарль, и вновь наполнил бокалы. — Я узнал, вы очень умело руководите вашей компанией, а ведь вам всего двадцать три года. Пока Ирэн с вами, я спокоен. Мы оба знаем, что она не ставит ни в грош ни моё мнение, ни мнение своей матери.
Я усмехнулся.
Граф поднял бокал. — За Ирэн!
За это я выпил с искренним удовольствием.
— Я не собираюсь лезть в вашу с ней личную жизнь. Всё равно она не станет никого слушаться, кроме себя самой. Поэтому просто прошу, как отец: берегите её, Брюс.
— Обещаю, — я допил бокал до дна.
— Идёмте, Брюс, — граф поднялся. — Я хочу сделать вам небольшой подарок.
Мы вышли с ним на улицу и обошли дом вдоль левого крыла — в сторону хозяйственных построек. Граф открыл одну из дверей — это оказался винный погреб. Некоторое время граф искал что-то в кармане пиджака, а затем часть стены в дальнем правом углу с лёгким скрипом отошла в сторону — я понял, что у графа в кармане был пульт управления. Интересно… На полке у входа было три электрических фонаря — под керосиновые лампы. Граф взял один, я последовал его примеру.
С первых же шагов я ощутил, что попал в настоящее подземелье. Я не бывал сам, но читал рассказы о знаменитых катакомбах Ле-Тесс и тайных ходах, что соединяли столицу Галлии с существующими и уже сгинувшими городами. То, что я сейчас испытывал, было описано другими, неоднократно. Сырость, ощутимое давление окружающего камня, вечная капель где-то вдалеке, шорохи и скрипы.
Граф долго спускался по лестнице, затем мы долго шли по проходам, и прочитанное про катакомбы вспоминалось всё отчётливее. Возле очередного из поворотов граф задержался, вновь запустил руку в карман.
На этот раз он достал ключ, старый медный ключ — и не сразу отыскал на стене замочную скважину.
