Открыл дверь — и сделал несколько шагов вперёд, подняв фонарь над головой.
Это был винный погреб. Не чета тому, из которого мы сюда пришли — бутылок было меньше, но каких! Я мало разбирался в винах в тот момент, но чуть позже, когда решил разобраться, понял: то, что хранилось здесь, собиралось долго и с любовью. Вина из Крыма и Испании, старинные римские и германские, и ни одно из них невозможно купить в магазинах.
— Теперь это ваше, Брюс, — граф вручил мне ключ, а несколькими секундами спустя — небольшой пульт, брелок наподобие тех, которыми отключают автомобильную сигнализацию. — Я беднее вас, и не стыжусь это признать. Но то, что хранится здесь, вы вряд ли сможете где-нибудь купить. Я собирался подарить это мужу Ирэн.
— Спасибо, ваша светлость, — не думал, что он сможет тронуть меня.
Граф молча кивнул, и взял бутылку из одного из гнёзд. Только сейчас я заметил, что в помещении есть кондиционеры, и что оно всего лишь умело замаскировано под пещеру. Однако!
— Признайтесь, — спросил он, когда мы вышли в верхний винный погреб, — у вас была мысль, что я веду вас в пещеру, чтобы оставить там навсегда?
Да, было такое. Я неохотно кивнул. Граф хлопнул меня по плечу и рассмеялся.
— У меня тоже были такие мысли. Я собирался потребовать, чтобы вы оставили Ирэн в покое, но — вы мне нравитесь.
Теперь я видел, что он взял оттуда — бутыль старого коньяка «Тремон». Так маяк или нет? Маяк или нет? Ну-ка… Ники просила так не делать, но мне нужно было знать точно. Я слегка сосредоточился…
— Что за… — граф всерьёз удивился. — Я ведь точно взял «Тремон»! Впрочем, ладно, это тоже отличное вино.
Я вспотел, надеюсь, это не было заметно в полумраке погреба. Маяк! Интересно, сама Ники сделала его таким или он тоже — «спящий»?
— Вот вы где! — Ники вбежала в погреб. — Секретничаете? Надеюсь, папа, ты обо мне не сплетничал?
Лицо графа на миг стало каменным, но затем — я заметил — существенно потеплело.
— И когда ты повзрослеешь, Ирэн? Вот, — он протянул ей запылённую, массивную бутыль «Flumen Rubra», вина, которое, по легенде, впервые создал основатель монастыря Сант-Альбан и Академии наук Галлии. — Это от меня.
— Папа, ты прелесть… — Ирэн с восхищением поворачивала в руках бутыль. — Обед через полчаса, не опаздывайте! — и умчалась снова, не забыв вновь чмокнуть отца в щёку.
— Ураган, — вздохнул Жан Арман Франсуа де Сант-Альбан. — Я вам сочувствую, Брюс.
Я тоже вздохнул. Я очень сочувствовал сам себе — но совершенно по другой причине.
— Ураган, — подтвердил я на словах. — Это точно.
София пришла на обед, не стала искать предлога. Обед шёл почти так непринуждённо, как в тот раз, когда мы с Софией посетили её родителей. Нас посадили за небольшой (на двенадцать персон) стол, Ники во главе стола, рядом с ней, по обе стороны, мать с отцом, а дальше мы с Софией. Графиня увлечённо беседовала с Софией (я не прислушивался, но точно не о математике), граф с искренним любопытством узнавал у меня тонкости ювелирного дела (я продемонстрировал ему «счастливый пенни» и монетка произвела на графа огромное впечатление), а Ники умудрялась беседовать со всеми обо всём.
Приятная, действительно семейная атмосфера.
Самое большое впечатление «Flumen Rubra» произвело на Софию. Она смотрела а бокал так, словно ей его предложил сам Жан Ламарк, основатель монастыря и Академии. Время текло совершенно незаметно — по совести, я давно не ощущал себя дома — и подумать только, где и с кем!
Наконец, разговоры мало-помалу прекратились. Граф обменялся взглядом со своей супругой и встал. Все остальные тоже поднялись из-за стола.
— Мы с Анной-Марией приглашаем вас в наше поместье, — граф встретился взглядом со мной и Софией. — В любое удобное для вас время, но мы особенно рады будем увидеть вас двадцать восьмого числа.
— Вы уезжаете? — Ники огорчилась — на самом деле. Хотя я не мог сейчас сказать,
— Да, Анна, — ответила графиня. — Мы уезжаем в университет и надеялись, что ты поедешь с нами.
«Ты поедешь, Ники?» — спросили мы с Софией почти одновременно.
«Съезжу на один день — справитесь без меня?»
Мы с Софией кивнули. Непроизвольно. Граф заметил — его губы посетила тень улыбки.
— У меня другие планы, мама, — ответила Доминик довольно резко. — И у меня гости.
— Мы будем там неделю, Ирэн, — граф поспешил заполнить начавшуюся паузу. — Если выберешь время, будем рады. И не только мы. Министр передавал поклон — ты помогла задержать много террористов.
— Спасибо, папа, — Доминик улыбнулась. — Я подумаю.
Мы сидели в комнате у Ники — в её кабинете.
— Он зовёт тебя Ирэн, она Анной, — тихо сообщила София, словно кто-то, кроме нас троих, мог это услышать. Мы провожали взглядом автомобиль графа. — Я бы с ума сошла от такого.
— Когда здесь бывала бабушка, — Ники усмехнулась, — они все звали меня Ники. Я привыкла. Дайте мне руки…
Ещё одна точка возврата.
