Стоит ли искать тех, кто найденным быть не желает? Помогая в поисках сбежавшей из дома девушки, Агата задавалась этим вопросом непрестанно. И чем больше он мучил ее, тем сильнее одолевали воспоминания о бегстве родной сестры. В истории двух пропавших девушек нет ничего общего. За исключением того, что обе они, казалось, имели абсолютно все для того, чтобы быть счастливыми. Напарник Агаты философскими вопросами не задавался. Секреты пропавшей девушки, череда неожиданных смертей ее близких – претендентов на семейный бизнес, волновали его куда больше. Но в погоне за чужими тайнами очень легко не уберечь свои. А их у обоих сыщиков предостаточно. И каждая жаждет света.
Золотистый осиновый лист, плавно кружа в воздухе, приземлился на безмятежную гладь реки. Проследив взглядом за его полетом, я сильнее сжала кружку с горячим чаем. Зябко передернула плечами. Последний день лета. Грядут холода. Хуже того – перемены.
Я стояла на самом краю небольшого причала. За моей спиной мирно дремал огромный пустой дом. Он был великолепен – я спроектировала его сама. Но не всем проектам в жизни суждено сбыться – в его стенах так и не зазвенел серебряными колокольчиками смех моих близких. Все заполонила тишина.
На несколько километров ни единой души. Лишь я, да обитатели леса. Когда-то меня пугало одиночество. Это было давно. Целую жизнь назад. Теперь я не терплю шума, общества. И даже больше не ищу предлогов, чтобы сбежать в свой единственный приют.
Я сделала несколько осторожных глотков – чай все еще был очень горячим. Подставила лицо последним летним лучам. Последние несколько суток я практически не спала. Оттого должно быть, так дрожали пальцы и было маетно на душе.
Заставив содрогнуться, зазвенел мобильный. Я не любила, когда он оживал. Наверное, отучилась ждать хороших новостей. Вечно видела во всем подвох. Даже в простом телефонном звонке.
– Привет, пап.
– Доброе утро, родная. Как ты?
– Хорошо. Как мама?
Пауза. Напряженное молчание. Казалось, я вижу, как он нервно передвинул попавшиеся под руку предметы, что лежали на его большом дубовом столе. Бросил тревожный тяжелый взгляд в огромное окно. Нахмурился, но обманчиво весело сказал:
– Замечательно. Передавала тебе привет.
Это была ложь. По обоим пунктам. Мы знали это оба. Но следуя давно установленным правилам, он продолжал лгать, а я делать вид, что верю.
– Поцелуй ее за меня.
– Обязательно, – заверил папа и стал серьезным. – Агуша, я, на самом деле, тебе по делу звоню.
– Я почти завершила проект. Не волнуйся, все успею в срок и…
– Речь не об этом, – отмахнулся отец. –Возникла проблема по твоему профилю. Похоже, дочка Зуевых сбежала из дома…
Вообще-то, по профилю я архитектор. Это моя единственная и очень любимая специальность. Остальное – жалкая попытка найти ответ, которого нет.
– Точнее, – тут же поправился отец. – Они так думают и…
Я внимательно прислушивалась, взвешивала каждое его слово, чутко реагировала на любое изменение интонации. Бодрость его голоса давно не могла меня обмануть. Увы, мои трюки пред ним были столь же бессильны.
– Я не обещал, что ты сможешь помочь, – заключил отец, бегло рассказав о случившемся. – Но попробовать все же стоит. В такой ситуации, сама знаешь…
– Знаю, – кивнула я, будто он мог меня видеть. И порадовалась, что это не так.
– Они живут совсем рядом от тебя, – обрадовался отец и быстро рассказал, как мне добраться. –На всякий случай, я пришлю тебе телефон Олега. Мало ли, заблудишься.
– Не переживай, не заблужусь. Отправлюсь к ним прямо сейчас.
– Спасибо, родная. Позвони, как освободишься. Может, и я чем сгожусь. Все же дело такое…
Простившись с папой, я поспешно вернулась в дом. Помыла кружку, бросила теплую шаль на спинку кухонного стула. Схватила ключи от катера и, разрезая водную гладь реки, помчалась к Зуевым.
Мы никогда не дружили домами. Признаться, даже я не помнила ни их лиц, ни имен. Отец работал с Олегом Зуевым в одном сфере. Родители владели архитектурным бюро, Зуевым принадлежала одна из крупнейших строительных компаний города. И все же, когда грянула беда, они позвонили именно ему. Причина была на поверхности и удивляться не имело смысла.
Двигаясь вверх по течению реки, я была на месте всего через десять минут. Не заметив ни единой души вокруг, легко пришвартовалась. Оказавшись на суше, окинула взглядом особняк.
С точки зрения архитектуры, ничего примечательно. Добротный скандинавский проект. Продуманно, просторно, уютно. Идеально постриженный газон. Каждый цветок в саду, каждое дерево, подчинены законам геометрии.
На террасе, что окружала дом по периметру, плавно раскачиваются огромные деревянные качели. В уголке сидит брошенный плюшевый мишка.
Когда-то в этом доме жило счастье. Но оно покинуло его. Я чувствовала это каждой клеточкой. С надеждой обернулась назад. Мой катерок, будто призывая к побегу, блестел белыми боками на солнце. А в голове крутились слова отца и, через силу, я заставила себя идти вперед.
Оказавшись на террасе, я прислушалась. Ни шороха, ни звука. Назад уже не смотрела, но и войти не решилась. Постучалась. Раз. Два. Никто не услышал. Никто не ответил.
Закусив в досаде губу, я вошла без приглашения. Излишне громко поздоровалась:
– Добрый день!
Откуда-то справа показалась жилистая женщина лет сорока с некрасивым лицом и коротко стриженными светлыми волосами. Она была явно встревожена, даже напугана. Но с хваткой бультерьера взялась за меня.
– Вы кто? Что вам здесь надо?
Ответить я не успела, хоть и намеревалась. Даже подумывала паспорт показать, пока не покусали.
