жесткого излучения. На их поддержание ушла резервная энергия. Сейчас загружена стандартная
система, но энергоблок на исходе. Если он не будет заряжен в течение пяти суток, защита будет
отключена.
И радиация разрушит связи его электронного мозга… Пять суток, и совершенная машина
перестанет функционировать. Ничего, время еще есть, что-нибудь придумаю.
– Передай мне графики патрулей…
– Идем, S9. Нам нужно двигаться на восток.
– Да, на востоке Шаттенберга наземных частей нет –
Ясного…
– Достаточно далеко.
У нас две минуты, чтобы убраться с этого квадрата… Умирать времени нет. Ускорил шаг. Если
разведчик пройдет по грани зоны фона – засечет нас сразу…
Так… Я жив. Со мной “защитник”. Мы в Шаттенберге… В памяти всплывают только
раздробленные фрагменты… Последнее, что помню достаточно четко – разведвылазка. Мы
определили патрульные зоны, составили схемы патрулей и оптимальный маршрут, проверили
переходы, поставили растяжки… Дальше – только белый свет…
– D40, я не все помню… Докладывай все, что было.
– Сержант N4 и бойцы N2 погибли на месте, как и ты, но никого из них вернуть я не смог.
Черт… И Герф… Сколько раз под лучи подставлялся – герой… Что ж… на войне мечты о
посмертной славе сбываются чаще, чем о бесславной жизни.
– Ты их оставил?..
– Так точно. На захоронение или расщепление времени не было.
За белым светом проявились какие-то блеклые очерки – мы зашли на другой объект. Теперь у
нас есть еще десять минут… Ухватился за створу разомкнутых дверей…
–
–
– Бункер 071 уничтожен – экранированный бункер! Полностью стерт!
– Объект стерт тремя мощными лучевыми ударами.
“Белые медведи” – тяжелые истребители на базе АS1 – на них стоят лучевые пушки второго
порядка… Это наш кошмар, но я никогда не мог ими не восхищаться. Они умные – очень умные.
Они знали…
настоящее, ни с чем несравнимое, отчаянье. Отчаянье и безнадегу легко перепутать, если забыть,
что безнадега заглатывает целиком и сразу, а отчаянье пережевывает тебя перед тем, как
проглотить. Стараюсь заткнуть эту сволочь поглубже, но она так и рвется на волю. Я остался
один… один в Шаттенберге… Мои бойцы… и Герф – герой… Когда Хантэрхайм пал – штурм
забрал всех… Только мы прорвались – только мы с ним… а сейчас… Капитан Норвальд… в
Штраубе снова сделают его техноклон. А Штрауб… До меня только начинает доходить, что
произошло. Это конец?.. Штрауб падет… А я остался один в руинах Шаттенберга – на
“оккупированных” территориях! Один! Взять себя в руки. Для отчаянья всегда найдется время, но
потом, а если не найдется, тем лучше.
– Как
– Удар был точно рассчитан –
системы.
– Предположения есть?
–
– По ментальному фону…
– Экраны блокируют не все сигналы фона.
– Но выделить и проанализировать такой сигнал практически невозможно…
– Факт остается фактом –
Как медленно я соображаю… Определить такой сигнал… несмотря на помехи… Нет…
невозможно… Но не стоит забывать, что факты остаются фактами до тех пор, пока мы не знаем,
9
что это и не факты вовсе. Напряжение начинает карабкаться холодом по кончикам пальцев… Плохи
наши дела. Все меняется слишком быстро. Опять этот туман… У меня температура зашкаливает…
– На экранированном объекте еще есть возможность остаться необнаруженным, если нет
возможности избежать пересечения.
– Выделить сигнал будет сложнее, но это только затруднит поиск. Если
найдут.
– Надо уходить отсюда…
– Не сейчас, S9.
– Надо уходить отсюда как можно скорей… Мне нужна холодная вода… Плесни на ожог…
– Нельзя.
– Да плевать! Будешь меня из комы вытягивать?! Проводить реанимацию сознания?! А если не
получится?! Дай мне флягу…
Снова проваливаюсь в ледяные пустыни Хантэрхайма… Мерзлый ветер бьет в лицо…
Вслушиваюсь в его вой – за порывами уже различим свист рассекаемого поднятыми
истребителями воздуха… Холод болью студит ожог… Это вода с негодующим шепотом льется мне
на лоб, струится по вискам… Мысли проясняются. Туман уползает. Звон стылой воды собирает
мир в точку сосредоточенности ничуть не хуже зова воздушной тревоги.
Капли гулко ударяются о пол, рассыпаются мелкой искристой пылью… Это напоминает отзвуки
мерцающего ручья – чистого, прозрачного, манящего напиться прохладной воды, даже не проводя
дезактивации. Но когда кажется, что что-то несет покой, надо присмотреться, не волочит ли это
“что-то” за собой тяжелую угрозу. Досмотры ведь не зря придумали… Опытного бойца тишина
усыпляет ровно настолько, насколько будоражит. Сосредоточенность, неподдающаяся влиянию
