Шли тем же путем, что и в прошлый раз. Пришлось вылезать на поверхность. Музей не так далеко, но идти надо по земле. Холодно и тихо. Разведчиков не видно и не слышно, нам это на руку, но сам факт напрягает: затишье перед грозой. Скоро проверка.
Крысы везде — не так чтобы кишат, но то и дело попадаются на глаза. Мой Крыс сидит на погоне смирно — значит, все спокойно. Подключиться к «передатчику» не рискнул — рядом слишком много его собратьев. Кот молчит — укачался… Поглядывает на меня из-за плеча «защитника», идущего впереди. Это моя идея — она не устраивает ни «защитника», ни Кота, а вот меня — вполне. Так они оба действуют мне на нервы только с одной стороны. Думал, что столкнусь с проблемой объединенных усилий, но они, по всей видимости, друг друга полностью нейтрализуют. Идем быстро. Я снова готов свалиться и не вставать… Выходим на площадь…
— Стой! Я сейчас скончаюсь.
— S9, осталось пересечь площадь.
— Не могу.
Дурнота накатила. Рука болит так, что хочется ее оторвать. Сел где стоял — около стены какого-то здания, в тени. Холод пробирает до костей, хоть и день еще.
D40 остановился рядом. Здание музея уже видно, оно на другой стороне площади, а я тут рассиживаюсь. Взгляд остановился на узкой полоске низкого фиолетового мха, разделяющей широкую дорогу. Последние цветы под порывами ветра роняют желтые лепестки на дорожное покрытие.
Сижу тут уже десять минут и смотрю на мох, не видя его…
— Вставай, S9.
— Не могу.
— Вставай.
— Коли обезболивающие.
«Защитник» быстро сделал инъекцию и стоит над душой — ждет, когда я поднимусь на ноги… А я жду, когда обезболивающее подействует. Что-то мне мешает в музей войти… Слишком много там того, что исчезло под нашими лучами, того, что растоптали наши сапоги, задушили наши руки… Черт, о чем я только думаю!
— Ладно, идем… Дай руку.
Центральный вход в музей — ртутное озеро, поставленное на ребро вертикальной плоскости — стоишь перед ним, а будто летишь и смотришь на него сверху. Это как бы врата в иное пространство… Здание просто огромно, здесь можно бродить неделями… Разрешил андроиду отпустить Кота…
— Веди в залы, где новая техника.
Кот неуверенно пробует землю подгибающимися лапами…
— А на медведей посмотреть не хотите?
— Их внутренности нам не подходят, так что можно это пропустить.
— Что за потребительский подход? Все равно мимо будем проходить — все начинается с начала — с древнего мира. Нам в другой вход.
Идем по каким-то закоулкам. Похоже, Кот ведет к другому корпусу.
Мы торопимся, но я и по сторонам посмотреть успеваю. Кот завел нас с севера, и экспозиция соответствующая. Белый медведь стоит на прозрачном постаменте в центре полярного зала. Не знаю, что за мастера над ним потрудились?.. Полное ощущение, что он еще дышит… В этом звере как-то сочетается и сила, и жестокость и благородство. В его глазах застыла сосредоточенность охотника — безразличного ко всему окружающему — сосредоточенность на жертве… Это олицетворение
— Кот, получается, что твой вид в настоящие время — единственные хищники на планете.
— Ты лучше на этих посмотри…
— Лошади — гордые животные… Раньше под седлами древних воинов они бросались на копья.
Уши у Кота стоят торчком — он очень доволен…
— Сейчас таких уже нет.
— Да, в них особой нужды не было… Руггеры для верховой езды намного удобнее.
— Вы оседлали этих чудовищ?
— Больше они уже ни на что не годны. Под седлом они не так опасны. Но вообще подобное занятие не для слабонервных.
— Зачем это нужно?
— За тем, что это приказ. Ульвэр так решил.
— Кто такой?..
— Да никто толком не знает. Он — S12. Наш командир разжалован в полковники, но имеет влияние над системой. Его приказ равносилен приказу генерала армии, а иногда и расчетного управления. Он из тех, кто проектирует этот мир — только под очень строгим контролем. По протоколу руггеры — это что-то вроде особо сложных снарядов для тренировки бойцов элитных подразделений.
— А ты из элитного подразделения?
— Формально.
— И что это значит?
— То, что нас бросают туда, где никто больше не справится, и так часто, что привилегиями мы пользоваться не успеваем…
— Нам повезло — ты попал прямо по назначению.
— Никто другой и не мог попасть в такую передрягу по такому назначению.
— Я рад!..
— Мы бы с тобой оба порадовались, если бы сюда попала какая-нибудь сволочь из отряда А1.
— Это что такое?
— Еще более элитное подразделение. Все, пошли.
— Айнер, что ж ты так торопишься? Ты посмотри…
— Кот, давай быстрее…
— Но интересно же… Мы о планете так мало знаем — ходим тут в окрестностях…
Привык к пустынному, монотонному, ровному миру, а тут… Взгляд остановился на хищнике рыжего окраса — это лиса. Рядом целая волчья стая, только почему-то я на лису обернулся… Развернулся и подошел поближе — заглянул ей в глаза… Похоже смышленая была тварь… «Защитник» тоже подошел, стоит над душой. Лиса — солнечное пятно, которое останавливает на себя взгляд, хочешь ты того или нет.
