— Про сильфов ничего не скажу — странные они малость, будто сдвинутые. — Детина медленно постучал пальцем по своему широкому, как у быка, лбу. — Чего, где, зачем писали — это ты у них сам спроси. А захоронение и вправду ихнее, наверное. Помню, появляются тут недавно двое посланцев ихних, все в белом, светятся, ровно факелы. Мол, уходим искать счастья по белу свету, может, богов ушедших догоним, дозвольте, говорят, косточки под вашими стенами закопать. Когда вернемся — не знаем, а память наша чтоб навеки сохранилась. Я тогда, помню, в первый раз кладку менял — старая-то истерлась совсем, не держится камень вечность. Одна морока с этими стенами!
— Брось про стены-то, хороший мой, — перебил детину Вепрь, заинтересованный рассказом. — Чем с посланниками-то закончилось?
— Как — чем? Выгнали, конечно. Нам свои стены чинить некому, так еще за чужими могилами следить — дураков нет!
— Как, сильфов выгнали? — растерялся алхин, который не без основания полагал сильфов самым могущественным магическим племенем.
— Конечно, — сплюнул в давно не метенный пол де-гина. — Что нам сильфы. Мы и богам на двери указали. Думаешь, чего они ушли-то?
Вепрь, который знал только официальную версию легенды, которая гласила, что боги ушли из-за того, что им наскучили переполненные Младшими и людьми родные леса и поля, только охнул. Может, на дверь-то вы им и указали, только вот проклятие они на вас наложили, а не наоборот, злорадно подумал он. Между тем детина накрыл стол — вся мебель, кстати, в развалинах верхнего этажа темницы была сделана из камня, видно, дерево тут приходило в негодность слишком быстро. Выбор и впрямь был неплох — головка сыра, несколько белых сухарей перья зеленого лука, немного соли в серебряной солонке и кувшин родниковой воды. Все было свежим, хотя слой пыли на сыре выдавал настоящий возраст продуктов. Но алхин не привередничал — желудок сводило от голода, и он жадно набросился на еду.
— Ешь-ешь, — одобрительно сказал детина. — Сколько еще придется сидеть-то — неизвестно. Никаких приказов из дворца не поступало.
— Может, они забыли про меня? —обнадеживающе спросил с набитым ртом Вепрь. — А товарищи мои тоже там внизу сидят?
Совесть алхина, которая снисходила до товарищеских сопереживаний, осталась совершенно спокойна при мысли о том, что остальные спутники могут быть голодными. Каждый за себя: хочешь есть — распили засов, решил Вепрь и зажевал еще быстрее.
— Не, они на турнире. А сильфа вроде во дворец сразу забрали. И то дело —давно пора проклятие снять.
Человек не сразу отреагировал на столь странный комментарий бессмертного. Он продолжал тупо жевать еще пару секунд, пока наконец слова невольного благодетеля не дошли до него в полной мере. Алхин едва не подавился сыром и уставился на тюремщика.
— Какой еще турнир? Какой еще сильф? У нас в отряде были люди и Младшие — альвы. А кто участвует в турнире?
— Традиционный турнир, проводится раз в сто лет. Участвуют в нем обычно смертные, иначе, сам понимаешь, неинтересно получается. Трое твоих спутников в нем и участвуют. Скоро, — детина посмотрел на большие солнечные часы, устроенные в уютном дворике рядом с развалинами, — скоро уж пойдем на победителя смотреть. А сильф среди вас был — невысокий такой, темноволосый, с цепью на шее.
— Хельви? — пробормотал потрясенный Вепрь, — А с чего ты взял, что он сильф?
— Да что я, любимых детей ушедших богов никогда не видел? Сильф и есть. Если бы он не был из избранного племени, разве бы призвала его правительница в мужья? Мы все-таки тоже не последний народ под этим солнцем. Нашла бы она мужа и поприличнее.
— Вообще-то до сих пор я считал, что он человек, — очень серьезно сказал алхин и посмотрел прямо в зеленые глаза тюремщика.
— Не понимаю я этой вашей дележки — тот Младший, этот человек, третий альв. Не было такого раньше, и мирно все жили. Ушедшие боги своих детей тоже не разделяли, к твоему сведению. Были, конечно, любимчики, сильфы, например, или драконы, но чтобы спорить, кто младше, кто старше, — такого никогда. Да вот ты, человек, — почему ты называешь альвов Младшими, когда они на добрую тысячу лет раньше тебя белый свет увидели? А что до сильфов, то ими не рождаются, а становятся. Со временем. Если повезет, конечно.
Последние слова детина произнес очень задумчиво. Странно было слышать от бессмертного, не знающего холода и жажды существа, что кому-то под этой луной может повезти еще больше, чем ему самому, — а именно так Вепрь понял эту фразу. Видно, не просто так вы сильфов-то прогнали, когда они к вам свой пантеон решили перенести, подумал алхин. Новые сведения повергли его в глубокую задумчивость, Значит, сильфы совсем не магическое племя вроде альвов или сванов, а совсем-совсем другое…
— А что нужно сделать для того, чтобы стать сильфом? — оживленно спросил он у задумавшегося тюремщика.
