Чейз произнес фамилию с ударением на последнем слоге, а поскольку я гражданин мира, то вполне умею распознавать французские имена.
– Аншанте, месье, – произнес я, кивнув незнакомцу.
Бодро удивленно уставился на меня.
– Это что, по-французски?! Блин, ну ты и шпрехаешь, круто. Мне нравится французский, когда… а скажи, Декстер, тебе приходилось трахаться с чернокожим мужчиной?
Я хотел бы думать, что мне это послышалось, но он произнес это так громко и четко, что ошибки быть не могло. Поэтому я лишь покачал головой:
– Нет, пока нет. Впрочем, еще не вечер.
Роберт расхохотался, а Ренни лишь кивнул, словно мы с ним вели полноценную беседу.
– Угу. Тогда не пытайся начинать с меня, мазафака. И свой гребаный французский можешь засунуть к себе в задницу, где ему и место! – Он качнул головой, не спуская с меня настороженного взгляда. – Французский, – добавил он. – Говно, а не французский.
Я считаю, для нормальной беседы желательно, чтобы все участвующие стороны имели хотя бы общее представление о теме разговора. В данном же случае я был явно не в теме. Мне начинало казаться, что я попал в сцену какой-то сюрреалистической пьесы – одной из тех, что пытаются вызвать у зрителей экстремальную реакцию. Впрочем, Роберт, похоже, получал от этого удовольствие. Он снова расхохотался (смех его прозвучал, правда, немножко безумно) и подтолкнул Ренни еще ближе ко мне.
– Ренни играет Аарона Крафта, моего другана-медэксперта, – объяснил Чейз. – Ну, в сериале. – Он подмигнул. – Вроде как вы и Винс, так?
Я никогда не размышлял на тему, друган мне Винс или нет. Не уверен, что у меня вообще могут быть друганы; в любом случае, Винс под это определение никак не подходил. Впрочем, Роберт не дал мне об этом подумать, потому что продолжил свой треп:
– Ренни прилетел сегодня утром, и я сказал ему рулить прямиком сюда: вы ведь можете наскоро посвятить его в суть медицинской экспертизы, верно? – Должно быть, у меня от неожиданности отвисла челюсть, потому что Роберт вдруг смутился. – Вы ведь не против, Декстер? Потому что… мне показалось, это очень важно. Раз уж мы, так сказать, на одной странице. А раз так, давайте начнем. – Он понизил голос и добавил почти умоляюще: – Ну, всего пару часов?..
– Ну, пожалуй… – согласился я. В конце концов, я обязался душой и телом служить «Биг Тикету» в целом и Роберту в частности, так что от нескольких часов инструктажа для Ренни от меня не убудет, так ведь?
– Спасибо. Это круто – правда, Ренни? – Чейз снова подмигнул. – Вы ведь, наверное, видели Ренни в «Лино»?
– Я не смотрел «Лино», – признался я.
– Ну что ж, никто вас в этом не винит, – заверил Роберт. – А еще Ренни занимается стенд-апом, когда не участвует в съемках.
– Что ты мелешь, мазафака? – возмутился Ренни, испепеляя Роберта взглядом. Я так и не понял, всерьез он это или дурака валяет. – Дважды я тебе говорил, ДВАЖДЫ! Я не стенд-апом занимаюсь, а исполняю Социальную Функцию! – Он покачал головой, посмотрел на меня и сообщил: – Господь создал этого типа красавчиком, чтобы компенсировать его непроходимую тупость.
– Правда? А я-то думал, мне одному так показалось, – сказал я, и Роберт снова загоготал во все горло.
– Что показалось? – переспросил Ренни. – Что он тупой или красавчик?.. Кстати, Декстер, он к тебе еще не подъезжал?
– Нет еще, – ответил я. – А что, он может?
– Я этого не говорил, – хмыкнул Ренни. – Но если он попросит тебя потереть ему спинку в душе…
– Проверить, не текут ли трубы?
– Нет, балда. Постараться не ронять мыло.
– Ха! – вскричал Роберт. – Круто! Я так и знал, что вы найдете общий язык.
Теперь, осознав, что мы с Ренни нашли общий язык, я понял, что делать дальше. Я шагнул вперед и протянул ему руку.
– Очень приятно познакомиться, Ренни.
Секунду-другую Ренни тупо смотрел на мою руку, потом пожал ее. И заглянул мне в глаза…
…И время вдруг замедлило свой бег. На мгновение мне что-то почудилось в его взгляде – нечто темное, зловещее, и оно смотрело на меня, хищно оскалив клыки. Не могу сказать наверняка: все промелькнуло короткой вспышкой, но и этого хватило, чтобы Темный Попутчик зашипел и пошевелился. Я выпустил руку Ренни и отступил на шаг, вглядываясь в его лицо, но больше ничего необычного не заметил. Он продолжал спокойно смотреть на меня, а потом повернулся к Роберту:
– Вашу мать, разве не пора идти на ленч? Твой, – Ренни ткнул толстым пальцем в Роберта, – дружок Декстер знает здесь место, где подают человеческую пищу? Или тут одно сплошное кубинское говно? – Он покосился на меня. – Надеюсь, вы, педики, не потащите меня в какое-нибудь французское заведение?
– Ну, – рассудительно произнес я, надеясь на скорое завершение этой затянувшейся и не самой приятной сцены и одаряя его лучшей из своих фальшивых улыбок, – если вы не перевариваете кубинское говно и недолюбливаете французских педиков, остаются еще китайские рестораны.
Ренни посмотрел на меня и медленно кивнул:
– Первая умная мысль за утро.
