«Надеюсь, с ним всё в порядке…» — подумала она. У Эмелис съеживалось сердце, а шаги её стали более плавными и тихими. Она только больше сжала пистолет в своих двух руках, готовясь выстрелить в любое создание, что она встретит на своём пути… Ей бы очень хотелось, чтобы никаких созданий здесь всё-таки не было, а Зейд просто над ней шутит. Эмелис знала, что это не правда, и он бы так не поступил, поэтому развеяла эти мысли, однако от этого стало только хуже. Выходит так, что что-то всё-таки присутствует в этих подводных лабиринтах.
По звуку падающих стеллажей Эмелис поняла, что и эта комната начала сужаться, пытаясь раздавить девушку. Уже не боясь быть схваченным какой-либо тварью, она бежала куда глядят глаза и светит беспомощный фонарик. Выход был найден даже слишком быстро, что удивило девушку. Она незамедлительно вбежала в него, и очутилась в точно-таком же месте, в котором она очнулась в Эсхатоне. И рада она была ещё и тому, что механизм резко остановился, а стены в складе застыли в одном положении. Значит, паника была почти напрасна.
Но света не было и в этой комнате, кроме того, в ней находилась такая же механическую дверь, которая её спасла незадолго до этого. Она крепко держалась на месте и не поддавалась любым приложенным к её открытию усилиям. Точно такой же дисплей со строчкой беспорядочных символов красовался в её центре. Встроенный переводчик гидрокостюма не мог определить значение этих символов.
Эмелис отошла от двери и начала думать. Был бы здесь Зейд, он бы точно нашёл способ её открыть. Интересно то, что все эти высокоразвитые механизмы, ловушки, в конце концов перестраивающиеся комнаты, вечная энергия — всё это было создано не руками человека, но и не руками естественной природы. Сам Эсхатон будто-бы возник из другого мира, о чем говорили множество фактов.
Точно… Зейд. Нужно связаться с ним и узнать, как у него дела, и жив ли он вообще. На интерфейсе гидрокостюма голограммой всплыло окошко с чатом Зейда. Показатели его костюма показывали стабильные цифры, разве что сердце билось чуть чаще среднестатистической нормы, а значит с ним всё пока-что нормально.
«Я в порядке, я встретила незнакомца, который рассказал мне кое-что важное. Мне нужно встретиться с тобой… Однако я пришла в тупик, здесь прочно стоит странная дверь. Ты, наверное, их видел. Что делать?»
Следом Эмелис, в ожидании ответа Зейда проверила показатели Дейнис. Они тоже были в порядке, однако, как и в случае с Зейдом, сердце билось чуть быстрее. А вот когда она перешла к Тау, вместо подробной информации о его состоянии, всё поле было пустым, и посередине окошка диалога с ним высвечивалась странная фраза: «Сбор данных невозможен, отсутствует активность». Что это значило? Неужели он и правда пал в Эсхатоне? Значит шансов застать его в добром здравии больше не было.
Собственно, ответ Зейда не заставил себя долго ждать. Сообщение, как и в прошлый раз, пришло битым, по частям:
«Ты недопоняла… невозможно выбраться без… ловушка… мало времени, совсем нет… жди на том же месте, где ты сейчас… я попробую тебя найти… либо иди вперед сама, скорее всего… встретимся… а насчет твоего незнакомца… да и эти твари…»
Сообщение обрывается на слове «твари». Было ли это выражением своих искренних чувств в сложившейся ситуации, или упоминание инородных организмов, которых Зейд и назвал тварями, Эмелис знать не хотела.
Она осмотрела комнату, и тут обнаружила, что всё это время в ней она была не одна. В углу лежал немой труп человека, от которого уже остался один только скелет и поношенный гидрокостюм старой версии. Это был один из членов первой исследовательской операции в Эсхатон, как она поняла по самому поломанному гидрокостюму. Встреча с таким явлением её сначала испугала, но теперь ей представилась возможность перезапустить гидрокостюм этого человека, связаться с ним, и, быть может, даже достать из него какую-нибудь информацию.
Эмелис подошла к скелету, и наклонилась к нему. Первая исследовательская операция была отправлена в Эсхатон ещё во время его первого обнаружения, то есть тогда, когда Земля ещё была относительно жива, хотя и проживала свои последние дни. Понятное дело, что с тех пор прошло несколько веков, но костюм человека на удивление очень хорошо сохранился, и Эмелис даже удалось к нему подключится, пожертвовав небольшой частью запаса энергии собственного костюма.
Соединение было успешным, и гидрокостюм человека на секунду засветился, но тут же погас. На внешний интерфейс девушки пришло два сообщения от этого самого человека, будто он был жив. Правда в этом была и ещё одна странность — с момента их написания прошло не более двух с половиной лет, хотя первая исследовательская операция была отправлена в Эсхатон более трехсот лет назад. Эмелис успокоила себя тем, что, возможно, часы в старом гидрокостюме просто напросто могут ошибаться, и выдавать ложное время.
Девушка открыла первое странное сообщение, и принялась читать.
