— Молод Федот! Кто его пустит в склад? Кто послушается? — сомневались некоторые.
— Поможем!
Против ожидания старики поддержали кандидатуру Федота. Собрание закончилось поздно. Люди расходились довольные. Впервые они сами выбрали свою власть.
Миколка заснул поздно, а утром чуть свет его разбудил Петька.
— Пошли помогать Федоту товары у купцов отбирать.
— Товары отбирать?.. — Миколка приуныл.
— Ну-у!
Миколка молчал.
— Оглох или испугался?
— Боюсь! — сознался Миколка. — Знаешь, какой у меня дед? Пропадут уши. Мне ничего не надо.
— Тебе не надо, а другим беднякам? Ты подумал? Пошли.
— Уж ладно, побей маленько. Не пойду, — тоскливо заявил Миколка, не двигаясь.
Петька выругался и ушел.
…— Обстановка в Охотске сложнейшая, — рассказывал Полозов. Он только что вернулся из Охотска. — Зашевелились якутские буржуазные националисты. По реке Мая бродят банды колчаковцев. Тракт на Якутск может быть перерезан в любое время. С открытием навигации ожидают японские военные корабли. Вот почему Охотский Совет принял решение эвакуироваться в Якутск…
— А как же наш ревком? — спросила Лиза.
— По словам Мирона, в Охотске считают так: лучше пусть будет немощная земская управа, чем военный комендант с отрядом солдат. Теперь главное — сохранить силы. Скоро Павел Григорьевич должен привезти указания.
— Мирон! Как он там? — Лиза надела теплую кофточку и села рядом.
— Ничего, хромает, а бегает. Остается с коммунистами в городе. Работает все на почте. Каждую ночь под носом властей по прямому проводу ведет переговоры с губревкомом. Смелый он человек.
— С больными ногами, — вздохнула Лиза. — Боюсь я за него. Так ли он нужен там?
— Выходит, нужен. Уполномоченный Дальневосточной республики эсер Сентяпов не хочет подчиняться решению РСФСР о передаче Охотского уезда Якутской губернии. Вокруг него группируются бандиты, и поддерживает его Яныгин. Там предстоит серьезная борьба.
— А нас Мирон не забыл? — поинтересовалась Лиза.
— Что вы! Спрашивал обо всех. Обещал написать вам. — Полозов вынул папиросу, размял. — Велел приступить к созданию штаба по борьбе с колчаковцами.
— Ого-о! Значит — и вы в комиссары? — улыбнулась Лиза.
— Нет, штаб должен объединить коренное население в тайге.
— Значит, Куренев?
— Он под надзором местных властей.
— Спрашивать не буду, но оберегайте Лену и себя, — Лиза принесла пепельницу и поставила на валик дивана. — Обещайте…
— Лену обещаю оберегать, а мне кого оберегаться? Простой каюр, каких тут сотни. — Полозов поправил пепельницу, усмехнулся. — Собственно, и у меня есть недруг. В Охотске встретил знакомца еще по Охотской тайге — Мишку Усова. Гляжу, шагает в милицейской форме с наганом на боку. Такой будет служить кому хочешь, если выгодно.
В окно ударил комок снега. Лиза выбежала.
— Лена еще не вернулась! — крикнула она кому-то и тут же вошла в комнату. — Петька приходил. Видите, какие у сестры ученики. Смотрите, — она лукаво улыбнулась.
— Я не имею права на Лену. Поймите меня правильно. Я не могу ей себя навязывать. Что у меня есть, кроме пары здоровых рук?
— Какой вы право… — она не договорила.
Полозов посмотрел в окно, прислушался.
— Где же Леночка?
С улицы послышались быстрые шаги. Вбежала Лена.
— Приехал? Как хорошо. — Она села с ним рядом. — Мне так жаль, но я вынуждена тебя огорчить, Миколка просил…
— Миколка? — удивился Иван, — но я его только что видел.
— Да, Миколка. Он не хотел ослушаться деда, но не может больше скрывать от тебя. Он просил передать, что Бориску они с дедом еще прошлой зимой нашли мертвым и похоронили.
— Где? — схватил ее за руку Полозов.
— Не знаю.
— Кто же его убил? Неужели Попов?
— Нет, Бориска умер, когда Попов был здесь.
— Жалко Бориску. Так и не видел жизни человек, — Полозов загрустил. Лена сочувственно пожала ему руку, встала, прикрутила в лампе фитиль.
— Да, — спохватилась она. — Лиза, тебя обязательно просил зайти Куренев.
— Я сейчас пойду к нему. — Лиза встала. — Рано меня не жди, сестричка. Ужинайте тут без меня.
Лиза завязала шаль и, кивнув Полозову, вышла. Лена проводила сестру и закрыла за ней дверь на крючок.
Сердце Ивана лихорадочно забилось. Лена неслышно остановилась на пороге и протянула к нему руки…
— Ра-а-аз!..
Полозов развернул бревно и бросил на покат. Федот и Канов подхватили ломики, толкнули. Попрыгивая на стыках, оно скатилось к реке и, подняв фонтан брызг, плюхнулось в воду. Тут его Вензель умело подцедил багром и отвел в заводь, где вязались плоты.
Вечерело. Штабеля леса на берегу отбрасывали длинные тени. Становилось прохладно. Но Полозов спешил, катал бревно за бревном. Пока не упала вода, он решил сплавить заготовленный лес. Сегодня помогать ему пришли Петька, Вензель и Миколка.
Вензель привязал к плоту последнее бревно, сел и набил трубку. Петька спустился к реке. Полозов решил, что, пока они отдыхают, он подготовит бревна. Он подсунул между прокладками ломик, пошевелил. По склону берега бревна покатились к воде…
— Берегись! — крикнул Иван, и в ту же минуту за кустом у воды ахнул Петька: сбило!
