Последний гвоздь полностью

– Думаю, тебе лучше вернуться сюда, – сказала она, не отрывая глаз от монитора, показывающего пустую трибуну. – Как можно скорее, пока ты… Или подожди-ка, что-то все-таки происходит, – перебила она сама себя. Да, вот он идет, наконец. Никогда так, как сейчас, она не радовалась появлению Слейзнера. – Все спокойно. Можешь продолжать.

На экране телевизора Слейзнер сел за трибуну, наполнил стакан водой и выпил несколько глотков. Тем временем на соседних мониторах Фарид снова стоял у двери квартиры, разбираясь с кодовым замком.

Учитывая, что Слейзнер сидел на сцене один, под всеобщим пристальным взглядом, он казался необычайно сдержанным.

– Хотел бы начать с того, чтобы поприветствовать всех на этой задержавшейся пресс-конференции. Я также хотел бы воспользоваться возможностью, чтобы попросить прощения за ожидание. – Он замолчал и глотнул еще воды.

Дуня была растеряна. Слейзнер никогда раньше не извинялся.

– Как некоторые из вас, возможно, знают, меня зовут Ким Слейзнер, – продолжил он. – Я возглавляю криминальный отдел полиции здесь, в Копенгагене, и сегодня утром мне стало известно, что один из моих коллег по имени Ян Хеск со вчерашнего вечера числится пропавшим. – Он замолчал и несколько раз сглотнул, прежде чем продолжить. – После интенсивных поисков, сегодня днем я получил известие, которого боялся. – Он снова сделал паузу и допил воду. – Сегодня в два двадцать пять наша команда дайверов обнаружила тело Яна Хеска на дне у восточной оконечности Исландс Брюгге.

Ян Хеск мертв. Дуня поймала себя на том, что просто сидит и качает головой. Хеск, который в отделе криминальной полиции был всегда, и как закон природы, всегда должен был там оставаться. Они не очень хорошо ладили в то время, когда работали вместе. Она считала его старомодным и медлительным, а она раздражала его, когда, будучи молодой и зеленой, завалилась к ним и начала наступать ему на пятки. И все же он всегда был рядом, когда она нуждалась в нем.

– Ян Хеск мертв, – сказала она Фариду, который демонтировал клавиатуру кодового замка. – Вот для чего нужна пресс-конференция.

– Мертв? Но…? Как? Мы же видели его вчера вечером, когда…

– Я знаю. Но они нашли его здесь, рядом с Исландс Брюгге сегодня днем.

– Ян Хеск был не только одним из моих самых компетентных коллег, – продолжал Слейзнер дрожащим голосом. – Он также был одним из моих самых близких друзей. Поэтому мне больно, и еще больнее сообщать, что вскрытие тела показало, что это не несчастный случай, а Ян Хеск был убит.

Она не видела его несколько лет, и вот они столкнулись за несколько часов до смерти. До того, как его убьют. Была ли это случайность или просто очередной ход человека на трибуне?

Вопрос повис в воздухе, когда на одном из четырех мониторов, охватывавших пространство вокруг фургона, она увидела, как к ограждению вокруг люка приближается парковщик.

Именно этого она и боялась, но ничего не могла с этим поделать. Если бы он собирался их оштрафовать, то пусть штрафует. Прямо сейчас это была наименьшая из их проблем.

– Убийство полицейского – это, как вы понимаете, то, к чему мы относимся особенно серьезно и поэтому уже ведем полноценное расследование, – продолжал Слейзнер.

– О’кей, я внутри, – сказал Фарид, в тот же момент, как она увидела, что парковщик перешагнул через ограждение и посветил в люк фонариком, затем достал мобильный телефон и сделал снимки всего: от открытого люка до ограждения и фургона. – А как у тебя дела?

– Ты имеешь в виду, помимо того факта, что кто-то убил Хеска и что здесь снаружи стоит бодрый парковщик и фотографирует?

– Что фотографирует?

– Люк, машину и…

– Тебе нужно выйти и поговорить с ним.

– О чем? Тут не особо что можно…

– Придумай объяснение, что угодно, лишь бы он купился.

– О’кей. – Она встала и вышла через заднюю дверь. – Извините, – сказала она, подойдя к парковщику, который повернулся к ней. – Что-то не так?