Добрый и ласковый мир кажется совсем неродным. Еще бы, хрупкая человеческая память недолговечна, особенно если больно бьют по голове. Парень по имени Тим вроде бы пошел с отцом поохотиться, и их убили, но дальше что-то пошло не так…Системные ошибки, орды врагов, любовь, предательство и традиционное для жанра попаданство в виртуальный мир.
«Системная ошибка 30е46/17. Сбой загрузки информационной матрицы. Интеграция произведена в удаленный архивный кластер. Ввиду слишком старой модели подключаемого модуля погружения вам не могут быть доступны функции интерфейса, упрощающие доступ к инвентарю, доступ к умениям, распределению очков навыков. Активирован режим абсолютного погружения.
Характеристики распределены автоматически:
Сила — 5;
Выносливость — 5;
Ловкость — 5;
Меткость — 5;
Удача — 20;
Внутренняя энергия — 1.
Для компенсации неудобств вы получите вознаграждение в виде… в виде…».
Изображение пару раз моргнуло и, выдав на прощание: «Приятной игры», полностью погасло.
Мир вокруг нестерпимо гудел на одной раздражающей ноте, отдавая пульсирующей болью в основание черепа. Сил терпеть больше не было, пришлось открывать глаза.
Разглядеть, откуда идет этот гул, не получалось. Вокруг царила темнота. Вспомнить, как тут очутился, тоже, увы, не удалось. И вообще, кто он? Мысли не то чтобы путались, их совсем не было.
С трудом сев, прислушался. Тело ныло, как будто его долго и со знанием дела пинали. Осмотрел свои руки, приблизив их к лицу. Собственно ничего необычного: худые, по пять пальцев, кожа не морщинистая, скорее всего подросток. Ощупал затылок. Едва прикоснулся, как голову пронзила острая боль. Огромная шишка свидетельствовала о том, что он и правда попал в какой-то переплет.
С третьей попытки удалось встать. Худое, полуобнаженное тело слушалось плохо, голова кружилась, ужасно тошнило. Интересно, чем это его так.
— Хорошо хоть штаны оставили, — пробормотал, оглядываясь по сторонам. Быстро светало, и уже можно было кое-что разглядеть.
А разглядеть и правда было что. На небольшой окружённой сосновым лесом поляне лежали три окровавленных тела. Одно, как и он, только в тонких штанах из грубой серой ткани. Другое еще и в рубахе из того же материала, изрядно изрезанной и пропитавшейся кровью. Лишь третий в легкой кожаной куртке, но спина словно ежик утыкана стрелами.
Подойдя к ближайшему, который лежал, уткнувшись лицом в сырую землю, собрался с духом и перевернул. Суровое мужское лицо, искорёженное гримасой боли и мучительной смерти, ситуацию не прояснило. Да и что он хотел узнать. Все, хоть сколько-нибудь ценное, с мужчины сняли, даже одежду утащили, оставили одни подштанники. Смуглое загорелое лицо сильно контрастировало с бледным жилистым телом.
Направился сразу к последнему, у того хоть куртка осталась. Может по ней удастся что-то узнать.
Возиться с телами не хотелось, гул в голове прошел, но набатом билась одна мысль — бежать. Бежать подальше от этого места, куда глаза глядят. Но разум говорил, что надо выяснить как можно больше, ведь если не разобраться, то можно напороться на тех, кто устроил тут кровавое побоище.
Аккуратно потянув за плечо, убедился, что человек мертв. Перевернуть его не получалось, мешали стрелы, но повернутое на бок тело открыло меч, лежавший под ним. Хотя мечом это можно назвать с натяжкой. Едва больше пары ладоней клинок, испещрен мелкими сколами и рытвинами. То ли качество стали не очень хорошее, то ли применялся слишком часто и не только, чтоб нарезать мяса.
Использовать столь бесхитростное оружие убитый, видимо, не успел. Присмотревшись, вдоль клинка вдруг увидел странную слабо различимую зеленоватую надпись: «Короткий меч скарталлей, 5/1/0, 45/100». Она висела прямо в воздухе, и стоило перестать фокусироваться на ней — пропадала. Но едва начинал присматриваться — надпись снова появлялась. Больше ничего примечательного. Рукоять обмотана кожей и навершие в виде рыбьего хвоста.
Лицо человека казалось знакомым. Кажется, он учил его чему-то. Ну да, искать следы, охотиться. Звал его Тимом и часто смеялся, но больше вспомнить не получалось. Подняв меч и крепко стиснув рукоять, парень осмотрелся по сторонам. Окончательно рассвело, лес шумел и раскачивался, где-то негромко трещали ветки, падали шишки. В голове совсем прояснилось, хотя боль никуда не делась.
