Когда я был маленьким: я, старший брат Стефано и наши родители, каждое лето проводили у бабушки с дедушкой в Италии. Мой отец Галло Конти, представитель северной Италии, в возрасте двадцати лет поступил в один из старейших университетов в Берлине. Берлинский университет имени Гумбольдта и стал пунктом встречи моих родителей. Мать, Эльза Майер, уроженка Берлина, окончив университет по специальности юриста, и не предполагала, что уже через девять месяцев, станет женой и матерью малыша Стефано. Отец долго и романтично ухаживал за мамой, в надежде на то, что рано или поздно Эльза решится официально узаконить их отношения. Свадьбы, которые сыграли в Германии и в Италии стали грандиозным событием. Я могу судить это по многочисленным фотосессиям, запечатлевшим каждый момент торжества. К тому моменту, когда мое рождение уже было предопределено, отец владел двумя домами, одним рестораном, парой обувных магазинов и одним винным домом. Но мысль о том, что в один прекрасный день они переедут в Италию, не покидала его. Земля, как и недвижимость считается очень важной частью для итальянцев. Еще при жизни родители моего отца написали завещание на владение винодельческим хозяйством, расположенным в городе Асти на северо- западе Италии в регионе Пьемонт. Асти, как и многие города Италии, имеет древнюю историю. Он славится не только средневековыми соборами и архитектурными наследиями, но живописными холмами и долинами, окруженными бесчисленным количеством виноградников. Как отмечает в новой энциклопедии от Sotheby's17 Том Стивенсон: «несомненно, самое лучшее в мире игристое десертное вино Асти, производят на виноградниках в городе Асти». Уже с десятилетнего возраста отец брал меня на один из самых известных гастрономических фестивалей Северной Италии- Feste Della Sagre. Мы посещали почти все города данной провинции, славившиеся своими рынками и дегустациями. Долгое время я не понимал, что этим самым он зарождает во мне любовь к винограду. Отец, наверняка, где-то в глубине души чувствовал и надеялся, что моя жизнь будет связана с виноградниками. И он, несомненно, был прав. Но мой осознанный выбор был сделан только после смерти мамы. Мне было девятнадцать, когда новость о скоропостижной смерти мамы достигла моего мозга. Причиной смерти стала аллергическая реакция, и вследствие этого наступила анафилаксия. Вот почему мы предпочли перебраться в Италию, а вылазки в Берлин были краткосрочными. По сей день мне мучительно стыдно признавать, что мамина смерть стала мотиватором для моего окончательного, во всех отношениях, переезда в Италию. Так начался сложный, но в тоже время интересный процесс, требующий определенных знаний – это выращивание винограда. Я познал все этапы выращивания этой вкусной ягоды. Я наплевал на внешний мири и на то, что окружающие люди хотят от меня. Мне понадобилось четыре года, чтоб я познакомился с потребностями культуры выращивания. Недостаточно было просто воткнуть черенок в землю и поливать, нужно заботиться в соответствии с потребностями. Круглый год я проводил на виноградниках, однако каждый период предъявлял свои требования. Я с неподдельным интересом познавал все фазы возделывания винограда: от процесса проведения прививок, обрезки, удобрения и обработки до сбора урожая. И в тот же самый момент я познакомился с Карлой. Она влетела в мое сердце, как воздух, согревая своей лучезарной улыбкой. Она раскрыла во мне чувства: трепет, страсть, любовь. Моя влюбленность и сильная симпатия к ней развило во мне эгоистические собственнические чувства. Иногда мой мозг функционировал неестественным образом, и я не мог контролировать мои поступки. Мое желание обладать ею и контролировать ежеминутно приводило ее в ужас. Ей нужна была свобода. Когда я решил ее отпустить, строить свою жизнь без моего присутствия, я понял, что настоящая любовь должна быть лишена эгоизма. Возвращаясь из Канады, где уже несколько лет проживал Стефано, я обдумывал наш предстоящий разговор с Карлой. Жизненный путь человека может оборваться в любую минуту: пуля, ножевое ранение, стихийное бедствие, болезнь, и никто от этого не застрахован. Но то, что моя просьба встретиться с Карлой в день моего прилета, станет фатальной, абсолютно не укладывалась в моей голове. Эту беду я принял близко к сердцу, поэтому горечь утраты продлилась около трех лет. Каждый день я страдал до изнеможения, не мог принять этот печальный факт, не желал смириться со смертью Карлы. Только себя я упрекал в том, что настаивал на встречи в аэропорту, которая стала неотвратимой для нас. Первое время я просто зациклился на своей виновности в произошедшем. Я наплевал на внешний мири и на то, что окружающие люди хотят от меня. Я не продолжал учебу в университете, меньше времени проводил на виноградниках. Но, в какой-то момент, я обнаружил, что нужно изменить себя и свое отношение к миру. Жизнь может быть другой, а мои убеждения насчет затворничества ошибочные. Нужно вырваться от этих убеждений и наполнить свою жизнь любимым делом, спортом, встречами с друзьями, знакомствами с новыми людьми, поездками и достижениями поставленных целей. Эти долгие месяцы и годы понадобились мне, чтоб согласиться с фактом принятия, смириться со смертью любимого и дорогого человека и скорбь превратить в светлые воспоминания. Говорят: счастье нужно искать. Но я не искал, я просто стал свободно дышать, наполняя свою жизнь радостью и наслажденьем.
