Четвёртое: Скалозуб не только ничего не потерял, но немало и приобрёл. Конечно, «злые языки страшнее пистолета», и эхо скандала будет гулять долго. Но пройдёт год-другой; пыль уляжется. Скалозуб получит вожделенный чин генерала. Вернёт Фамусов Софью в Москву: дочь замуж выдавать надо. Тут-то Скалозуб с Фамусовым и поговорит. О приданом. Слетит тогда с Фамусова весь лоск и спесь: хотел он со Скалозуба получить, а теперь придётся много ему отдать. Ведь зять прикроет грех. И он единственный, кто сможет заткнуть рты: против боевого генерала никто не крякнет. У него есть преданные офицеры; профессиональные убийцы. Парочку сплетников на дуэли кокнут – остальные заткнутся. А власти закроют глаза: в России не так много боевых генералов, и обижать их не надо. Чувствую, построит товарищ генерал и жену, и тестя. Во фрунт. Будут они у него по струнке ходить. Тупой солдафон, говорите? А я утверждаю, что полковник Скалозуб – стратег. Прикинувшись тупым, обманул врага; провёл удачную диверсию; блестящим тактическим манёвром окружил неприятеля; и скоро захватит его крепость.
Пятое: Скалозуб проявил твёрдость и политическую зрелость. Ведь его по ходу пьесы пытаются вербовать дважды. Но если Фамусов хочет только денег, то Репетилов в четвёртом действии зовёт Скалозуба в декабристы. И получает от разозлённого (только что пришлось выкручиваться из щекотливой темы безумия Чацкого) полковника суровый отпор. Цепной пёс режима, царский сатрап и враг образования Скалозуб оскалился, зарычал и выдал знаменитую резкую отповедь: «Я князь-Григорию и вам \\ Фельдфебеля в Вольтеры дам, \\ Он в три шеренги вас построит, \\ А пикните, так мигом успокоит». Вот уж солдафон! Подумать только – фельдфебеля в Вольтеры! А если разобраться? Отрывки «Горя от ума» ходили в списках с 1820 года; полный вариант известен с 1823 года. Через 2,5 года случилось восстание декабристов. По завершении следствия в 1826 году, многие участники заговора, в том числе и из московского «аглицкого клоба», были разжалованы в солдаты. И отданы под команду – правильно! – реальных фельдфебелей, которые тут же принялись привычно, умело и очень больно бить их спесивые аристократические морды. Полагаю, автор устами Скалозуба людей предупредил. Как известно, А. С. Грибоедов служил крупным чиновником МИДа. Многие его друзья были декабристами; его самого в 1826 году арестовали. Он полгода просидел в Петербурге под следствием; затем отпущен с «очистительным аттестатом» и возвращён на службу. А за 5 лет до того умный и весьма информированный с обеих сторон автор друзьям сказал: «Ребята, не надо. Армия не за вас. Придёт генерал Скалозуб; приведёт фельдфебеля, будет бо-бо. Кое-кого и вздёрнуть могут. Не на сцене, а в жизни». Что и произошло.
В советской историографии на уровне аксиомы принято: декабристы – хорошие. Как завещал великий Ленин. Из аксиомы немедленно следует, что защитник проклятого царизма Скалозуб, угрожающий декабристам «фельдфебелем» – плохой. А что в нём плохого-то? На умных и исполнительных полковниках держатся армия и спецслужбы. Один даже президентом РФ стал, и ничего; живём. Кто сказал: «Владимир Владимирович – солдафон»? А подать сюда, говорливого! Если серьёзно, то Скалозуб через 200 лет – это Путин. Полковник вырос в чинах до Верховного главнокомандующего. Чем «мочить в сортире» отличается от «фельдфебеля в Вольтеры»? Только тем, что первое – актуальная политика, а второе – классическая литература. Ну, так: «прекрасное есть жизнь», как нам давно сказали. А Грибоедов – умница и пророк. Не нравится? Тогда классику надо читать внимательней. И не заставлять русских школьников в XXI веке зубрить проанглийскую советскую агитку 100-летней давности. Делается это злонамеренно или из педагогической инерции – какая разница? Вредную традицию надо прервать. Вся надежда на школяра, вдруг задумавшегося над образом Скалозуба и рискнувшего о нём поспорить.
Кстати, за наше совместное сочинение о Скалозубе ученику поставили «четыре». С формулировкой: «ты сам такое написать бы не смог». Учительница опытная; угадала. Так учи, дура, детей о классике размышлять! Помогай им войти в жизнь, а не шпарь по советским лекалам.
Дополнение. Не хотел, но надо бы сказать об иконе отечественной либеральной интеллигенции, светлом образе великого философа Петра Яковлевича Чаадаева. Как ясно каждому рукопожатному человеку, проклятый русский царизм объявил его сумасшедшим и зверски умучил. Карательная психиатрия в действии! О параллели «Чацкий – Чаадаев», а то и «Чацкий – Пушкин – Чаадаев», написаны тома и сняты километры киноплёнки.
