— Я не один, — ответил я, поднимаясь на ноги. Песок под моими ступнями плавился, превращаясь в стеклянные следы. — Сила моих друзей течет через меня. Я лишь проводник.
Я сосредоточился на интуиции, заимствованной у Риты через её Покров Совы. Не ясновидение, но обострённое чувство опасности и понимание противника. Где-то на грани сознания мелькали подсказки — Фахим чуть медленнее прикрывает левый бок, возможно, из-за старой раны. Его правая нога иногда запаздывает на долю секунды при резких поворотах. После серии интенсивных атак его дыхание становится тяжелее, создавая краткий момент уязвимости.
Это не было точным знанием, скорее ощущением, предчувствием — как если бы опытный боец интуитивно понимал ритм и слабости противника. Не абсолютное преимущество, но драгоценные крупицы информации, которые могли склонить чашу весов в мою пользу.
Фахим бросился на меня с новой яростью, активируя «Королевский рывок» — особую способность Покрова Льва, позволяющую совершать стремительные броски с молниеносной скоростью. Он перемещался так быстро, что казалось, будто он исчезает в одном месте и появляется в другом, нанося мощные удары когтями и клыками своей энергетической проекции. Но благодаря заимствованной у Риты обострённой интуиции Совы я предчувствовал направление его атак за мгновение до того, как он совершал прыжок.
Внезапно я почувствовал, как к моему сознанию примыкают новые источники силы — не только друзья, но и другие носители Покровов в нашем войске. Медальон-татуировка на груди раскалился, став проводником для этих новых энергий.
Мое тело словно само вспомнило движения, которых я никогда не изучал — легкий, невероятно точный прыжок, характерный для бойцов с Покровом Рыси. Я ощутил мимолетную связь с одним из воинов Мурада, позволив его силе течь через медальон.
В какой-то момент, когда Фахим промахнулся особенно сильно, я контратаковал, используя внезапно открывшуюся мне технику. Мои руки сложились в особое положение, и энергетический импульс, похожий на удар мощной задней лапы, ударил прямо в солнечное сплетение противника.
Фахим отлетел назад, его глаза расширились от шока и боли. Он явно не ожидал, что я смогу не только защищаться, но и наносить такие мощные удары в ответ.
— Откуда у тебя… столько разных сил⁈ — выдохнул он, пытаясь подняться. Изумление и страх исказили его обычно надменное лицо. — Это невозможно!
— Это только начало, шейх, — ответил я с холодным спокойствием. — Ты даже не представляешь, с какой силой связался.
Медальон пульсировал, открываясь новым связям. Я ощутил присутствие моряка с далеких островов среди наших союзников — носителя редкого Покрова Осьминога. Почти инстинктивно я потянулся к этой силе, позволяя тёмно-синему свечению с ярко-голубыми кольцевыми узорами влиться в общий поток.
Моя аура изменилась, приобретая текучие, вязкие свойства. Я ощутил невероятную гибкость и способность контролировать несколько энергетических потоков одновременно. Направив эту силу вокруг Фахима, я создал нечто похожее на чернильное облако, которое быстро затвердевало, превращаясь в барьеры из застывающей энергии. Щупальца из синей ауры обвились вокруг противника, ограничивая его подвижность и сжимаясь при каждой попытке вырваться.
Фахим взревел от ярости, его золотистая аура внезапно вспыхнула с ослепительной яркостью. Волна неудержимой силы исходила от него, сметая все преграды — барьеры, которые я создал, разлетелись вдребезги, словно хрупкое стекло.
— Умри! — закричал он, выбрасывая вперёд обе руки. Из его ладоней вырвался поток чистого пламени, превращая песок под ним в стеклянную дорожку.
Я извернулся с неожиданной для себя гибкостью, едва уклоняясь от смертоносного огня. Моё тело двигалось так, словно шейные позвонки внезапно стали гибкими и длинными — отголосок далёкой связи с носителем экзотической ауры Жирафа.
Уйдя от огненной атаки, я сделал глубокий вдох и выдохнул облако зеленоватой энергии. Она растеклась по воздуху подобно туману, скрывая меня от противника и медленно окутывая его фигуру.
Фахим вдохнул зелёный туман и тут же закашлялся. Его движения стали скованными, словно тело отказывалось подчиняться. Он вскинул руки, пытаясь создать защитный барьер, но его пальцы только бессильно дрогнули. Паралитический эффект уже действовал, проникая в каждую клетку его тела.
Я воспользовался моментом и перехватил его запястье, когда он попытался нанести последний отчаянный удар. Синее пламя моей ауры охватило место соприкосновения, вызвав крик боли, когда энергия прожгла его кожу до кости.
— Сдавайся, — произнес я, глядя в его глаза. Даже сквозь пелену боли в них читалась ненависть и отказ признать поражение. — И я сохраню тебе жизнь.
Вместо ответа Фахим выхватил второй, меньший клинок и попытался ударить меня в сердце. Его движение было молниеносным — даже парализованный, он оставался опасным противником. Но его рука замерла в воздухе, удерживаемая невидимой силой. Я использовал заимствованную у Риты способность предвидеть атаки и среагировал раньше, чем он успел нанести удар.
