Пахомов не стал атаковать напрямую. Вместо этого он сделал плавное движение рукой, и тени в углах подвала внезапно ожили. Теневое перемещение — ещё одна способность Покрова Ворона — позволяла ему контролировать тьму, создавая из неё порталы. Три тёмных провала образовались вокруг Фили, и из каждого вытекала густая, как смола, тёмная субстанция.
— Ты не сможешь сбежать отсюда, — сказал Пахомов, и его голос звучал из разных углов комнаты одновременно. — Тени повсюду. Я повсюду.
Филя почувствовал, как тёмная субстанция пытается обвиться вокруг его ног, словно живые тени стремятся удержать его на месте. Покров Орла всё ещё сиял, но тьма медленно поднималась по его ногам.
— А вот и нет, — усмехнулся Филя, концентрируя энергию. — Орёл всегда летит выше ворона!
С этими словами он резко выпустил всю накопленную энергию вниз, создав мощный направленный поток, который буквально катапультировал его к потолку. Оказавшись наверху, он оттолкнулся, разминувшись с тенями, которые тянулись к нему снизу.
Охранники Пахомова пытались вмешаться, активируя Покровы, но Филя уже перемещался с такой скоростью, что казался размытым пятном золотистого света.
— Браво, — хладнокровно произнёс Пахомов, делая шаг в ближайшую тень и… исчезая в ней. Через долю секунды он появился из тени в другом углу комнаты, оказавшись на пути Фили. — Но от теней не убежать.
Рыжий студент сжался в комок, и его Покров преобразовался — золотое свечение сформировало вокруг него сферический щит. Пахомов не атаковал напрямую, вместо этого он поднёс к губам что-то небольшое, похожее на чёрное перо. Дунул на него, и перо превратилось в стаю крошечных воронов, которые устремились к щиту Фили.
— Видишь этих птиц? — Пахомов наблюдал за роем с хищным интересом. — Они ищут твои следы. Любая вещь, к которой ты прикасался, любой предмет, который ты держал в руках… Мои собиратели секретов найдут их и расскажут мне все твои тайны.
Вороны не атаковали щит Фили напрямую — вместо этого они разлетелись по подвалу, обследуя каждый сантиметр пространства. Одна из птиц опустилась на металлические наручники, которые Филя только что снял, и словно растворилась в них. Другая нашла несколько рыжих волос, упавших на пол, и тоже исчезла, впитываясь в них.
Филя понял, что происходит — эти создания извлекали воспоминания из предметов, с которыми он контактировал. Если они найдут достаточно его следов…
— Сдавайся, мальчик, — Пахомов выглядел почти скучающим. — Скажи, где Вольский, где мои страницы, и, возможно, я буду милосерден.
Филя видел, как всё больше воронов находили его следы — пот на полу, где он стоял, кровь с разбитой губы, волосы… Чёрные птицы впитывали всё это, собирая по крупицам информацию о нём. Нужно было действовать, и быстро, пока Пахомов не собрал слишком много.
Он закрыл глаза, концентрируясь сильнее, чем когда-либо прежде. Золотистое свечение вокруг него стало ярче, насыщеннее, почти ослепительным.
— Знаете, господин Пахомов, — сказал Филя, и его голос звучал удивительно спокойно, — у Покрова Орла есть одна особенность, о которой мало кто знает.
Внезапно золотистая сфера взорвалась наружу волной чистой энергии, отбрасывая чёрных воронов во все стороны и даже заставив Пахомова пошатнуться.
— Если сконцентрироваться достаточно сильно, — продолжил Филя, поднимаясь в воздух на мерцающих крыльях, — мы можем создавать ослепляющие вспышки!
С этими словами от его тела пошел такой яркий золотой свет, что все в подвале, включая Пахомова, инстинктивно закрыли глаза. Эта вспышка длилась всего мгновение, но Филе этого хватило. Он метнулся к небольшому окошку под потолком, выходящему на уровень улицы, и с силой ударил в него, разбивая стекло.
— Прощайте, господин Пахомов! — выкрикнул он, протискиваясь в узкий проём. — Было приятно познакомиться!
Когда золотистый след Фили растворился в ночном небе, губы Пахомова растянулись в тонкой, удовлетворённой усмешке.
— Василий Дмитриевич, — произнёс один из охранников, вставая и потирая ушибленное плечо, — я не смею сомневаться, но… Вы же сами велели нам не вмешиваться, ещё до того, как мы вошли в камеру. Почему вы дали ему уйти?
Пахомов неторопливо поднял с пола одного из своих маленьких воронов. Птица, похожая на крошечную тень, трепетала в его пальцах, впитав воспоминания с наручников и капель крови.
— Вы всё ещё мыслите слишком примитивно, Григорьев, — произнёс Пахомов с лёгким оттенком надменности в голосе. — Для чего мне удерживать здесь этого юношу, когда он гораздо полезнее на свободе? Господин Ветрогонов сделает всё, чего я от него ожидаю — направится прямиком к своему другу Вольскому и приведёт нас к моей собственности.
Второй охранник кивнул, начиная понимать.
— Так вся его история о предательстве друзей…
— Разумеется, фальшивка, — Пахомов позволил себе снисходительную улыбку. — Господин Ветрогонов пытался разыграть партию, не понимая, что я вижу все его ходы наперед. Он слишком верен своим товарищам, и это делает его… предсказуемым.
Охранники переглянулись. Теперь план хозяина становился ясен.
— Какие будут распоряжения? — спросил первый, выпрямляясь.
